Magic Europe: Sommes-nous libres?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » НАСТОЯЩЕЕ » Между строк [17.05.1952 и далее]


Между строк [17.05.1952 и далее]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

МЕЖДУ СТРОКМесто, время: 17.05.1952 и далее

[indent] Общение, в котором не надо смотреть друг другу в глаза, не требует стабильной выработки яда. Возможно. Первое время.

https://img.buzzfeed.com/buzzfeed-static/static/2013-11/enhanced/webdr06/11/14/anigif_enhanced-buzz-2320-1384198897-2.gif

https://data.whicdn.com/images/87224521/original.gif

Tom Riddle & Chantal Rosier

0

2

[indent] Благодаря Долохову можно было смело сказать, что день прошел продуктивно. За дело волшебник взялся с инициативой и удовольствием, потому теперь,  пока не отбыл из Франции на совсем, британец моГ почти думать о том, что творилось в Восточной Европе: многое решит надежный боец, желавший проследить за тем, чтобы подготовить почву для визита Реддла, когда он все-таки покинет Францию. Том полагал, что случится это довольно скоро, стоило только свыкнуться со своим нутром остаточно; в Париже его, тем не менее, никто и ничто не держало.
[indent] Не интересно. Предсказуемо. Однобоко. Ни бомонд, ни пресса, ни правительство, ни масса не выдавали ничего интересного. Того, что вытаскивало бы Реддла из его кокона раз за разом. Он мог играть лишь в одни ворота, но теперь прекрасно понимал, насколько это бессмысленно. Ему стоило заняться собой, поиском новых знаний и силы; бессмертие так и оставалось не доказанным, а значит не существовавшим. Стоит забрать ту девицу из Праги, проделать ритуал в Шармбатоне и просто уехать. Да. Все предельно просто.
[indent] И тем не менее, успешность дня да четкий план на жизнь уснуть так и не помогли. Не успокоили. Да по сути не дали ничего, кроме фактов, свершившихся или не очень. Реддл не чувствовал внутри себя ничто, оно его не задевало, тем самым раздражало лишь воспаленный, отравленый сильной магией и ядами мозг. К слову о ядах. Усыпать даже без простого опиума,  не говоря о его помеси с отравами и настойками, не получалось категорически уже несколько ночей подряд. Только потолок,  чай, тяжелая голова. Может, волшебник перебарщивал? Так нарочно это делал, чтобы встряска сильнее, когда отпустит: там в себя и при всем желании не уйдешь, даже если захочешь. Но ведь все равно недостаточно. Яды и алкоголь, как и умеренная социализация, не слишком способствовали способности фокусироваться и продуктивности. Плохая часть сказки. Мужчина в который раз отмечал это, будучи не в состоянии заснуть. Сегодня даже и не пытался, как и от опиума решил принципиально отказаться на эту ночь. Уж лучше сидеть с бледным не веселым лицом на окне, смотреть на Берлин за стеклом и просто пить разбавленный в огневиски змеиный яд. Вещь мерзкая, но держала в узде дискомфорта прекрасно.
[indent] Среди обилия мыслей в который раз Том обнаруживал одну и ту же, повторявшуюся уже второй день как, навязчивую. Сейчас, снова, опять попалась. Тот вечер, недавний выход в свет; странный, неприятный диалог. Он ведь, если так подумать, оживил Реддла, вызвал что-то не выразительное, но заставившее сфокусироваться, начать анализировать, пытаться найти смысл и хоть какую связь между темами. В конце-то концов, разговор с Шанталь хоть и не оставил приятных впечатлений, а все-таки пошел не по обычному сценарию. Выбился. И все то, что было озвучено, так или иначе не раз повторялось в голове волшебника не раз и не два. В конце-то концов, конверт так и остался во внутреннем кармане. В конце-то, Реддлу не спалось, его почти неприятно ломало изнутри, а алкоголь и змеиный яд делали решения более очевидными. По крайней мерн, Том позволял себе верить в подобное.
[indent] Потому мужчина даже не сопротивлялся мысли написать письмо. Слез с окна, устроился на полу и в абсолютной тишине выдал небольшое послание.

«Позволю себе воспользоваться любезно предложенным мне мадемуазель конвертом.

Погода в Берлине отличается от Парижа стабильностью и теплом. От дождя укрываться не приходится, что было бы очень кстати: хотя бы это отвлеклио от того, что пишут в местных газетах. Возможно, статья во французском Le Monde про нынешнюю философию аврората попробует показаться хоть сколько интереснее. Впрочем, после вчерашнего выпуска с попыткой привлечь внимание моим именем и не сформулированными в нем же четкого посыла да мнения, направленных на читателя, я скуп на надежды. Полагаю, что время на прочтение новой по возвращению в Париж можно не тратить.

Т.Р.»

[indent]  Шанталь оказалась права: сводка в Le Monde действительно имела место быть. Но и Реддл не ошибся: сводка бездарная. Он весьма любезно выразил свои мысли на тему беспокойства судьбой волшебного мира и их прав. Что возразить этой обеспокоенности жизнью магов из уст мага, да еще и иностранца из более консервативной страны, да еще и оправданного местным судом после обвинения местным ароматом? Официальная версия сошлась со мнением Тома, а выжать ничего большего,  чем на статью об Аврорате, которая должна выйти завтра, не получилось. Том мог не знать кого-то,  но всегда знал, как его слова способны быть восприняты в том числе и ими. Сработало. Саму же тему уже облизали достаточно, чтобы снова раздражать и дипломатический корпус, и Аврорат. В него куда приятнее потыкать палкой, ведь, в самом деле, разве не это надо публике? Всем временам одинаковые развлечения, по какой берег Реддл бы не находился. И снова все пошло по плану.

0

3

Шанталь, зевая, спустила ноги с кровати и уперлась взглядом в зеркало, которое какой-то умник (наверняка ее матушка) поместил прямо напротив. В который раз обрадовавшись, что она волшебница, и не просто волшебница даже, а мастерица на все руки, и легко может из своих топорщащихся со сна волос и хмурого лица сделать что-то удобоваримое, француженка отправилась совершать водные процедуры. Но отчаянная жестикуляция Вольтера на портрете заставила ее остановиться.
– Глупо с твоей стороны думать, что если будешь надоедать мне еще больше, я верну тебе голос. Следующее, что ты от меня получишь – это выцарапанные глаза.
Утро, сколько Шанталь себя помнила, ни разу не было добрым. Насчет глаз она лукавила,конечно, ведь тогда портрет не распознал бы в ней хозяйку и не открыл бы хранилище. Вольтер это прекрасно знал, а потому оскорбленно махнул рукой и поправил кудри на парике.
Но все же она, по его указанию, повернулась к столу, где скапливалась утренняя почта. Письма от шармбатонских подружек, заказ на вечернюю мантию, поздравительная открытка с каким-то глупым праздником и конверт без каких-либо обозначений. Заправив за ухо мешающие волосы, Шанталь распечатала его и пробежалась по строчкам, выведенным аккуратным незнакомым почерком. Кажется, в Англии это называется small talk. Или small hate. Не слишком большая разница.

Ближе к обеду Шанталь освободилась от мелких, но навязчивых дел, от увещеваний матушки, и вернулась к письму. Немного подумав, она своей рукой проставила на нем дату и порадовала им Вольтера. Возможно, это было слегка самонадеянно, но вряд ли Тому Реддлу хотелось обсудить только статьи магического Le Monde.
Перед ней встал нелегкий выбор: тисненый пергамент, фамильная гербовая бумага, обычная для заметок? Промелькнула шальная мысль отправить письмо на розовом и надушенном пергаменте для романтических переписок, но тогда Реддл, при всей его проницательности, точно не захотел бы обсуждать с ней ничего, кроме Le Monde. Шанталь выбрала обычную – без печатей и обозначений – и набросала несколько строк.

«Любезный мьсе,
неужели вы ждете чего-то кроме очередной правительственной программки от газеты рептильного формата? В наше неспокойное время в нашей спокойной стране ничто не может быть более важным, чем единение просвещенной части населения и власти. Кстати, в том же выпуске будет текст про мою новую линейку одежды – я говорила вам про нее позавчера. Это можете почитать.
Берлин…вы так быстро сбежали из Франции? Мне принять это на свой счет?
P.S. Ceci n’est pas une lettre».

Она редко пользовалась свечами для отправки писем – велика была вероятность, что оно попадет не в руки адресату, но раз уж Реддл предпочел этот способ, Шанталь не видела причин выкобениваться в этом.
Бумага горела хорошо.

0

4

[indent] Уснуть ночью так и не получилось, в то время как по рационально-медицинским причинам волшебник решил не прибегать к сонному зелью или чего бы то было ещё. Только хуже бы стало по итогу. Именно поэтому день его выдался... своеобразным на самочувствие. Ожидание новостей от Антонина, всплывшие старо-новые связи, на которых Реддл решил не позволять начать собираться пыли. Короче, что угодно, лишь бы не сидеть дома в уныло-опиумной или какой ещё прострации, периодически впадая в беспочвенный, а значит не то чтобы имевший хоть какой смысл внутренний невроз. Во всех своих хождениях туда-сюда, от места к месту, от одной монотонной беседы к другой; где-то между попытками не уснуть и не выпасть на ходу, не уходить молча и в целом поддержания внутреннего Чего-то, про отправленный ночью конверт мужчина не забыл. Но не акцентировал излишне много внимания, конечно, ведь не имелось поводов думать, что ему не ответят. Рано или поздно, а непременно ответят. У Тома целая стопка причин, чтобы не сомневаться в подобном.
[indent] Когда из заколдованного огня пришло послание, во временном пристанище волшебника находились гости. Живенькие, активненькие, немного пьяненькие и по итогу прекрасно разбавлявшие что тишину, что скуку, что ожидание, что внутреннюю мерзкую нерасторопность. Только полудню британец стал более нервным, резким, внимательным - в достаточной степени, чтобы позволить себе прочитать письмо, когда то пришло, мимоходом слушая гостей одним лишь ухом. Прочесть, на несколько минут задуматься, снова отвлечься на гостей, выпить с ними какой-то местной балиги, от которой пробирало до самых костей. А там и обед пролетел, и гостей спровадил, и снова остался в компании себя самого, оставленной балиги, никакой природы да без необходимости двигаться хоть куда-то. В принципе. В жизни. Шутка.
[indent] Что же, отвечать француженке консервативному британцу из Германии - имелась в этом своя доля символизма или эстетики, вероятно.
[indent] «Вы правы в том, мадемуазель, что многого ожидать не приходится. На надежду в принципе полагаться не надёжно.
Тем не менее, читал я и те нашумевшие выпуски не-рептильной анонимной газеты, нарушившие единение некоторой части просвещенного населения и власти в спокойной стране. Нашёл здесь переводы для местной аудитории. Результат тот же, обсуждения о том же, только тише. Вы, возможно, слышали об этих статьях.
Что же касаемо ваших трудов, то непременно почитаю. Не надеюсь, но допускаю вероятность найти в них что-то новое... для человека отличных интересов.
Сбежать из Франции из-за женщины и написать ей сразу же после побега? Не похоже на предпочитаемые мною жанры. 
Скорее необходимость немного разбавить быт спокойной страны, в которой повсеместное единение опасно затягивает в безделицу всех без разбору. Возможно, оно же не даст мне покинуть Францию надолго, "мы" ещё не сошлись во мнении. Что же о вас, мадемуазель? Склонны ли вы к путешествиям?»
[indent] И послание сгорело в пламени.

0

5

Достопочтенный человек-загадка,           
от вас ничего не скроешь. Действительно, по нашим рукам ходит свежеотпечатанная газета с весьма крамольным, как мне сообщили, содержанием. Я же предпочитаю такие вещи не читать, поскольку что в официозной, что в оппозиционной прессе пишут одинаковые глупости, и отличает их лишь разная полярность.
По той же причине я не пишу в газеты сама; мои труды при составлении материала о «Ле Руж Квакуша» заключались только в ответах на вопросы надоедливой журналисточки, которая, впрочем, выпустила неплохой материал, и да, я люблю путешествия, но сейчас не об этом.
Почему вы так последовательно называете меня «мадемуазель»? Мне казалось, вы слишком консервативны и чопорны для этого.
Вы не любите жанр мелодрамы?
Мистер загадка, позвольте, и я загадаю вам одну. Вы ждете поезда. Поезда, который отвезет вас очень далеко. Вы знаете, куда бы вам хотелось уехать, но куда отвезет вас поезд, - не знаете. На пути у поезда лежат пятеро человек, привязанных к рельсам неизвестно кем. Вы знаете, что если броситесь их развязывать, то не успеете сесть в поезд, и он уедет. Но если вы сядете в поезд, то поезд проедет по ним. Что вы предпочтете?

Miss Rosier.
19.05.52

Отредактировано Chantal Rosier (10 января, 2018г. 13:58)

0

6

«Уважаемая м-ль (мисс) Розье,
[indent] Я не раз слышал мнение, что для того, чтобы сформировать своё мировоззрение и понимание происходящего кругом максимально объективно, стоит знать все мнения, сколь противоположными они бы не являлись - иначе как судить о том, что есть глупость, не интересуясь ею? Что, конечно же, не обязывает писать. Если бы это делал всякий и каждый даже в большей, чем сегодня, степени, то обществу можно было бы исключительно посочувствовать. Со статьей ознакомлюсь по возвращению в Париж.
[indent] Если вы находите подобное обращение неподходящим, то дайте мне знать, что считаете приемлемым? К примеру, мисс, которым вы выбрали подписаться. Полагаю, я мог бы начать считать все те разы, когда вы отмечаете мою консервативность и чопорность. Право слово, не стоит. Я могу быть сколь угодно консервативно или либерально радикален, как и совершенно нейтрален - таковым буду только я, но не окружающие меня люди. Так или иначе, неправильно игнорировать чужие... не критические манеры, если они отличны от собственных.
[indent] Нахожу его бесполезным. Про нашу разницу в понимании слова "любовь" (как и предпочтения чего бы то ни было) мы уже выяснили, но даже с учётом этого - верно, не люблю. Вы знаете много мужчин, которые читают подобное? Считайте, мне любопытно.
[indent] Очень не-магическая и абстрактная загадка, её можно решить и другими путями, отличными от всего двух скупых вариантов. Упуская, впрочем, эту важнейшую составляющую, я бы сказал, что при первой мысли эгоистично выбрал бы поезд. Возможно даже сам сделал так, чтобы эти люди оказались привязаны, будь они бесполезны для общества. В противном же случае при отсутствии магии то, что эти люди могут дать, окажется полезнее, чем то неизвестное место, до которого меня довезёт поезд. Это не последний поезд, но возможность не убить этих людей и получить их в собственное распоряжение или приятельство - одна-единственная. Мертвецы не несут никакого проку, если только их убийство не запланировано.

Т.Р.
19.05.52»

0

7

"Уважаемый мистер Реддл,

полагаю, жизнь слишком коротка и неожиданна, чтобы тратить ее на формальные знания. Я могу неожиданно пропасть на двадцать дней, и вы не будете знать, жива ли я или, быть может, потеряла интерес к переписке, или ещё сто тысяч событий, могущих произойти... Значительное ли влияние на эти размышления окажут темы наших предыдущих обсуждений?
Учёные мужи, рассуждающие о вещах, которые никоим образом не влияют на их личную жизнь и на которые они тем больше не могут повлиять, смешны в своем самолюбовании.
Вполне вероятно, я сужу опрометчиво и не взвешенно. Это так. Однако уже одно то, что предмет обсуждения затрагивает меня настолько, чтобы вынести ему какую бы то ни было оценку, должно служить ему комплиментом.
И вот одно из моих не взвешенных суждений: видится мне, что нечто слишком личное проглядывает сквозь ваше настойчивое упоминание той анонимной газеты. Вероятно, все же стоит обратить на нее внимание - полагаю, вашего ей было уделено достаточно.

Что до обращений - я нахожу подобное забавным. У меня сложилось впечатление, что вы не высокого мнения о Франции и всем прочем, с ней связанном. А ещё - что вы делаете только то, что хотите. И мне интересно, почему вы хотите называть меня так, как называете. Дьявол в мелочах.

Никоим образом не посягаю на ваше разнообразие, но и не перестану считать вас консервативным в своей радикальности. Вы можете быть каким угодно, но предпочитаете быть - читайте, выглядеть - сдержанным сухарем. Определенная поза среди рачительного и велеречивого света, не так ли?
И раз уж мы коснулись этой темы, что ещё в моем поведении вы находите неправильным?

Разве мы говорили о любви? Вы, пожалуй, первый человек, с которым у меня не состоялось подобного разговора - или же я его не помню; или - хочу не помнить, - не важно. Не разрушайте мои иллюзии.
Отвечая на ваш вопрос - я знаю много мужчин, которые делают глупости из-за женщины, чтобы потом ненароком продемонстрировать ей это - чаще всего в письме. Но тут важным ещё является не уронить достоинства в своих, прежде прочих, глазах. И начинают они с того, что выдумывают мало-мальский повод, зацепку, незначительное движение, за которое можно было бы ухватиться - и сочиняют свое первое послание, изведя перед тем достаточно бумаги, выдумывая три круга оборотов да ещё несколько душевных лобызаний сверх того, а кончают тем, что у интересующего их объекта появляется жизненная необходимость  купить шредер. Вот читали ли вы, например, Кафку? Верно, что нет. Хотя многим известно, что он был волшебником, раз уж необходимо в наших письмах делать подобную оговорку - заметьте, из уважения к вам.
Безусловно, вы правы, многие мужчины не любят читать бульварщину, но ещё менее они готовы признать, что участвуют в ней.

Мистер Реддл, вы меня удивляете. Вы пишете достаточно откровенные вещи для человека, который подписывается своими инициалами. Очевидно, что я нахожу опасным ваше влияние на моего брата, как и то, что высказываемую вами идеологию многие сочтут в известной степени фашистской.
К тому же, наверняка я не произвожу впечатление человека, склонного к сантиментам. Чему же, мне любопытно, я обязана такому доверию с вашей стороны?

Но коль вы откровенны - в чем смысл убивать людей бесполезных для общества? В чем - лично ваше - к этому тяготение (пускай даже в рамках загадки)? Учитывая, что общество явно не разделяет ваши таковые взгляды, вы можете поставить себя под значительный удар, а вы, я полагаю, не считаете себя бесполезным для общества.

Считающая вас губящим себя ради неясной цели,
Р.
20.05.52"

0

8

«Уважаемая м-ль (мисс) Розье,

Сколько слов, и сколько из них не имеют прямого ответа.
Я могу пропасть на двадцать дней, могу на тридцать, могу не пропасть, а просто потерять интерес, точно также, как и вы. Это не окажет влияния и не даст отсылок ни к чему, кроме как к нашему дальнейшему общению. При подобном сценарии - его окончанию. Полагаю, в некоторых вещах мне не понять ваше отношение точно также, как и вам, на данный момент, не понять моего. Вы находите это критичным? Потому что уже седьмое письмо как тупик не наступает.

Бестолково-учёные мужи не более и не менее смешны, чем женщины, не видящие ничего за пределами прочитанного или рождённого ими же. Увы, мадемуазель Розье, в моём понимании смешно незнание и нежелание знать, а не то, из уст мужей или дев оно доносится. Самолюбование на всех работает одинаково, вы не замечали? Предмет обсуждения непременно тронут, если бы это вдруг оказалось важно.

Да, я потратил на все те статьи достаточно времени, чтобы теперь рекомендовать к ознакомлению другим. А, раз оно удостоилось моего внимания, это может послужить комплиментом проделанной работе, вне зависимости от отношения к её содержанию.

В Британии со мной не начинали знакомство со столь откровенных тем. Не столь... не завуалированно. Как и в Германии. Или в Испании, Румынии, или даже в Австрии. Это как раз во французом духе, и можно сказать, что я не слишком симпатизирую той доли фривольности, что допускается здесь. На достоинствах же Франции, в частности исторических, как и факте того, сколько способных волшебников она подарила обществу, это не сказывается.
Говоря о том, "почему": я нахожусь во Франции. Так принято. Я лишь скупо варьирую небогатый выбор.

Пускай так. Вы в праве думать подобным образом, я не выступаю против. Как и не смею трогать вашей иллюзии.
Скажем, вы делаете много отсылок в магглам и спорным с точки зрения принадлежности к ним да пользы личностям, что, очевидно, не то, что ценится вашим скромным собеседником. Пользуясь озвученной вами репутацией я могу сказать, что считаю это неправильным. Как и могу по-своему толковать данную деталь, списав её на вашу особенность.

Незавидные случаи попадались вам на вашем пути, мадемуазель Розье. Или незавидно то, что вы знаете этих мужчин (их женщин) достаточно, чтобы быть в курсе подобных деталей их жизни. Мне стоит начинать волноваться о том, что я сейчас произвожу на свет бульварщину?.. Не уверен, что вынес бы этого. Звучит отвратительно.

Если вы беспокоитесь за своего брата, то подумайте, почему он выбрал мое влияние. У него имелись и другие альтернативы. Занимательные, в какой-то степени. Большего, полагаю, мне и не сказать, право слово. Интересная параллель с фашизмом.

Как раз тому, что вы не склонны к сантиментам? К тому же, по вам читаются скука и уверенность в собственном познании мира. Не скажу, что всегда, но в отдельных случаях это заслуживает некоторого откровения. Аванс, попытка расширить кругозор, насладиться столкновением мнений или попытка одолеть собственную скуку - я не против любой из трактовок. 

Смысл в этом такой же, как и в том, чтобы тянуть бесполезных за полезными, только с противоположного берега - во имя конечного блага. Бесполезные, если не имеют, что предложить, множат бесполезность и подплавляют полезных. Это опасно и приводит к общей деградации. Жертва малым ради большего или спасение малого во имя погибели большего. Если упрощать, то соотношение риска с выгодой. В рамках загадки это выглядит именно так. Почти жаль, что второй, наиболее вероятный поворот, не вызвал у вас вопросов. Стало быть, можно счесть за принятие?

p.s. Чем гублю и как это проявляется?

Т.Р.
20.05.52»

0

9

Мистер Реддл,

что ж, вы правы: мне бесконечно скучно. У дам моего положения и моего круга практически полностью отсутствует право выбирать что-либо. (Пожалуй, это единственный случай, когда цоканье языком на "мир мужчин" оправдано, хотя выражение это пошлейшее и буржуазное). Между ложью и откровенностью же мне дозволено выбирать, и потому по меньшей мере странно ожидать, что я откажусь и от этого.
Вот увидите, через полсотни лет обращение "мадемуазель" запретят. Наверняка с каким-нибудь очень правильным посылом: например, стремясь, как и вы, избежать акцента на "oiselle" (в переводе "девственница") - этом огромном указательном столбе личной жизни девушек. А пока, it is what it is, так, кажется, говорят в Англии?
Что до моего брата... Хотела бы я сказать, что полностью полагаюсь на его самостоятельность, но вы знаете, как это бывает, положительно ни в чем нельзя быть уверенным. Однако скажу вам как есть. Оливер дорог мне. И если вы отберете его, то навсегда станете моим врагом, и даже спасённая вами в возможном будущем моя жизнь ничего в том не переменит.
А вы себя губите, раз уж речь зашла, своей откровенностью - вам она, в отличие от меня, миром мужчин (отвратительная фраза, помните?) не дозволена.
К слову, напомните: почему у вас нет, как это нынче модно, дамы сердца?
Иии, пожалуй, сложно представить, что вы чего-либо в состоянии "не вынести". Точнее, представить можно что угодно, но посмотреть в красках было бы занимательно, если вы понимаете, к чему я клоню.

Мысли скачут, и от этого в стенку скачут скомканные листы, впрочем, это все от скуки и неусидчивости, пока донесешь мысль из головы до пергамента, она уже потеряет половину в живости и значении. Когда-нибудь я поделюсь с вами, как происходит процесс моего письма, вас это повеселит.
В довершение у меня к вам один вопрос: если убрать всех бесполезных, кто же будет затягивать мне корсет и подавать чай?

P.S. Прошу извинить за сумбур, пишу в перерывах между набросками платья для мадам Робертс. Слыхали о такой?
P.P.S. Так и не могу разыскать той газеты, о которой мы вели речь в прошлый письмах - видимо, энтузиазма у радикалов значительно больше, чем галеонов.

Жду ответа,
М-ль (мисс) Розье

0

10

«Уважаемая м-ль (мисс) Розье (я могу обращаться к вам Шанталь, если иное вам неприятно и станет допустимой вольностью),

Что же, вы разбавляете скуку не самыми дурными вещами из доступных вариантов. Если, конечно, не считать увлечение суфражистским мировоззрением и маггловским расизмом таковыми. Для себя назову это способом самообразования. Лишь бы энное приводило к вашему развитию, а не деградации, и персональному счастью.

Беспокойство и ревность по отношению к брату мне понятны. Буду в курсе и готовности принять вашу вражду, если найду смысл в том, чтобы лишать вас его.
Возможно. Пока что я предпочитаю следовать дозволению собственного мира. Если за это меня когда-то настигнет незавидная участь, то так тому и быть.

Напоминаю: предыдущее общение с дамой сердца (признаю, технически я им всё же обладаю) исчерпало себя, в обретении новой я не нахожу необходимости. Стоит ли мне спрашивать про вашу личную жизнь? 
Верно, клоните. Значит, волноваться начинать всё-таки стоит.

Когда-нибудь я посмотрю и, возможно, порадуюсь.

Не обнаружил в вас неспособности затягивать корсет магией, а чай подавать домовикам. Последние более чем полезны и во многом недооценены в своей пользе. 

P.S. Не больше общих слухов. Мне стоит знать о ней что-то конкретное?
P.P.S. Возможно. Или Аврорат хорошо работает над тем, чтобы потраченные галлеоны канули в гномов карман. Я пришлю вам сохранившийся у меня экземпляр, если пожелаете.

Т.Р.»

0


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » НАСТОЯЩЕЕ » Между строк [17.05.1952 и далее]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC