Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, приложив к этому совместные усилия? Мы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события, которые, казалось бы, за семь лет уже выработали курс, гласящий: «Лишь бы не было войны».

Magic Europe: Sommes-nous libres?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » ПРОШЛОЕ » Каждого на кладбище приводит своя история [27.07.1950]


Каждого на кладбище приводит своя история [27.07.1950]

Сообщений 1 страница 20 из 22

1

Каждого на кладбище приводит своя история

https://pp.userapi.com/c834101/v834101560/47a9/sr0dHys7q0o.jpg
Tudor Chebotaru  & Tom Riddle
Место, время: 27 июля 1950, Тимишоара

[indent] Ещё одно странное знакомство двух очень необычных волшебников. С очень сомнительными в вопросах гуманности и этики последствиями.

[AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

2

[indent] Лето в этом годе выдалось жарким. По крайней мере для привыкшего к немного другому климату и местности Тому, пока лишь начинавшего привыкать к местным особенностям. И к погоде, и к людям, и к укладу жизни, что из-за политики и соседства с другими государства умудрялась причинять некоторый дискомфорт даже в край адаптивному Реддлу. И всё же, и всё же. Восточная Европа богата на знания, многих из которых не сыскать в Британии - как раз то, зачем юноша вообще покинул туманный Альбион. Чтобы навести так порядок, ему нужно было не просто родиться гением и уметь невозможное, но в принципе знать почти всё, что могло в будущем помочь или, наоборот, исходить от врагов. Превентивное разрешение угроз, проблем и опасностей - Наследник находил полезным размышления (и действия) в подобном ключе. 
[indent] С кое-кем из местных уже успел познакомиться. Обнаружить либералов, притворявшихся либералами, а на деле консервативных до мозга, и просто до оппозицию. Последняя отличалась решительностью, рвением и общественное поддержкой, хотя авроры и официальная власть пыл остужали, держа в строгих рамках. Эти люди, как Том решил для себя на первых порах, могут ему пригодиться, от них возможно получить толк.
В саму политику британец не лез: не его дело, не его роль, не сейчас и пока не самое подходящее время. Он лишь наблюдатель, что брал для себя ценное, делал выводы, оставлял якоря, если имелся смысл, и двигался дальше. Связи заводил по тому же принципу, по нему же и выстраивал линию общения в большинстве случаев.   
[indent] Всё от тех же знакомых не теряя времени узнал про тех, кто мог бы представлять для него интерес. Научный, магический, для знаний -
первоочередная задача и цель пребывания в Румынии. В Бухаресте любезно рассказали о несколько выдающихся личностях, с которыми непременно стоило бы увидеться, если сам Том учёный. И никаких причин, чтобы этого не сделать, Реддл не видел.
[indent] Одним из наиболее перспективных ему показался некий Тудор. Кое-что о нём британец выяснил, потому понимал, что: а) будет иметь дело с человеком типа "городской сумасшедший", в) ожидать привычного для него формата общения не придётся, с) будет наблюдаться некая фанатичность в отношении того, чем румын занимался, д) волшебник весьма способный, если верить всему, что о нём удалось собрать. Ценное для Тома - тот неравнодушен к трупам (оживлению трупов?) и экстремален в вопросах, которыми задавался. Реддл не мог сказать, что это его любимый тип ученых-волшебников, но они в самом деле бывали полезными и познавательными в науке компаньонами. От части (или даже во многом), Наследник и сам такой. Больной и голодный до знаний, в смысле.
[indent] Рекомендации привели Тома в Тимишоару. Далеко идти не пришлось: как ему сказали, Тудор довольно много времени проводил на кладбище, как раз том самом, что и служило "проходом" между маггловской и магической частями города. В который раз Реддлу повезло по велению самой судьбы? Не в первой. Румын и сейчас, действительно, оказался на кладбище, в самой его старой, богатой на склепы, заборы и бурьян части. Том одет в чёрные штаны, почти такие же тёмные сапоги и лёгкую летнюю тёмную мантию чуть выше колена, закрывавшую шею невысоким воротником. Если бы не бледная кожа, то сливался бы с самой тьмой - даже странные, нечеловеческие чернющие глаза бы вписались в подобное. Впрочем, и румын на кладбище не выглядел жизнеутверждающе.
[indent] - Домнул Чеботару? - разглядев одинокую фигуру, подходившую под описания, Том обратился к волшебнику, подходя ближе, но сохраняя дистанцию. Нарушать чужого личного пространства не хотелось; к тому же, Реддл не знал, как на него среагируют. Британец не отрицал, что у Тудора даже могла быть паранойя касательно авроров: не то чтобы даже в Румынии одобрялись продвинутые Темные Искусства. Потому британец готов обороняться. Всегда. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

3

Вечерело – и солнце, большое и жаркое, исчезало за горизонтом, где-то за лилово-черными макушками деревьев. Было тепло и влажно, а воздух пах землёй, нагретым  отсыревшим камнем и травой. Тудор вдохнул полной грудью и улыбнулся.
И кто вообще сказал, что старые кладбища пугают – уютнейшее место, хранящее в себе историю прошедших лет, благодатная земля, удобренная теми, кто отжил свой срок в подлунном мире, и теперь дающие жизнь всем этим буйным травам, кустам и деревьям. По сути своей, кладбище, да и любое место, под землёй которого медленно разлагаются на мельчайшие частицы мёртвые тела – это самый настоящий праздник жизни, её торжество… 
- … Ведь разложение – это в каком-то смысле новое рождение, просто в иной форме, ведь смерть не конечна сама по себе, и рядом с ней всегда есть место началу новой жизни, - забывшись, закончил Чеботару вслух, и широко распахнув руки, будто для объятий, выразительно взмахнул ими.  Он подошел к одной из старых из старых покосившихся надгробных плит из светлого гранита – камень подвергся эрозии, и когда-то украшавшие его завитки и фигуры практически стёрлись, равно как и надпись на нём. Тудор присел на корточки перед ним и приложил руку – чуть прохладный и шершавый,  камень был приятным на ощупь. Маг провёл пальцами по плите, ощупывая её на предмет эпитафии – порой, когда он бывал на кладбище и в окрестностях по делам, он любил ненадолго отвлечься на очередного забытого временем отдавшего свой долг земле, и восстановить эпитафию и имя с годами жизни и смерти, а потом иногда его навещать. Никто не достоин быть забытым – ведь смерть по-настоящему может забрать тебя лишь тогда, когда о тебе никто не помнит. А так – ещё есть шанс на то, чтобы продолжить жить. В каком-то смысле. Хотя, был тут и ещё один момент от чего он любил остановиться у старого забытого надгробья, хоть волшебного, хоть маггловского – порой, забавы ради, он зачаровывал их так, чтобы над ними при чьем либо приближении появлялись полупрозрачные дико орущие жуткие фантомы. Иногда ему удавалось попасть на такой «концерт» и это было уморительно.
Взмахнув палочкой и проявив имя и эпитафию, Тудор улыбнулся и, дружелюбно похлопав надгробие, будто бы живого человека, произнес: - Ну привет, Мария Щербан, любимая жена и мать!
Поднявшись, он начал делать пассы волшебной палочкой, быстро шевеля губами в такт невербальному заклинанию, от чего над могилой начал клубиться легкий туман, постепенно обретающий форму женщины средних лет с пустыми глазами и иссохшим лицом. Когда фантом полностью сформировался, Тудор взмахнул палочкой – фигура вытянулась по струнке и как бы «всосалась» в камень с тихим свистом, отдалено похожим на далекий и глухой вскрик.
В кладбищенской тени снова стало тихо – только листья шелестели от легко прохладного ветра. Чеботару стоял перед могилой некой Марии и с мало что выражающим лицом смотрел на неё – скрытый объект его очередного бессмысленного баловства. Агата бы не одобрила, что он опять занимается непойми чем – а должен делом. Его невеста любила порядок – у самого же Тудора с ним порой бывали серьезные разногласия, потому что рациональность в принципе не была его достоинством – этим качеством в их семье блеснула лишь его младшая сестра Марика, умудрившись удачно выйти замуж. Но - Чеботару, решительно встряхнув тяжелой кудрявой головой и нахмурившись, поднял палочку – довольно было рефлексии, пора было заняться тем, за чем он сюда пришел. А именно – поймать сбежавшего из лаборатории стригоя.

- Домнул Чеботару?

Тудор резко повернулся на голос и рефлекторно вскинул палочку, и изучающее уставился на незнакомца со странным акцентом. Перед ним стоял высокий бледный молодой человек в очень простой чёрной мантии. Даже если бы не акцент, весь его внешний вид кричал о том, что он не местный – никакой декоративной вышивки, пышных рукавов и ярких лент. Одним словом – режущий глаз минимализм.

- Стойте где стоите, - ответил Тудор слегка беспокойным тоном. Если незнакомец подойдет ближе, то «буйный дух» вырвется из зачарованного надгробья и начнет кричать на всю округу, а привлекать к себе внимание сейчас совершенно не хотелось. Хотя бы потому, что тогда он не найдет своего стригоя, но зато призовет сюда авроров и неравнодушных.
– Серьезно, не двигайтесь. А лучше, - Чеботару кивнул и слегка взмахнул кончиком палочки, - отойдите назад на несколько шагов.

Отредактировано Tudor Chebotaru (21 ноября, 2017г. 21:45)

+1

4

[indent] Том так и замер, не сделав ни шага. Его собственная палочка подобна продолжению руки, всегда готова сделать своё дело, но сейчас суть заключалась не в этом. Румынский он знал не слишком хорошо, по большей части вытягивая его освоение, как и в случае других языков, посредством легилименции у местных жителей. Причинно-следственная связь, реакция на аудиальное восприятие - и многое, особенно после французского, вставало на свои места. И тем не менее, в намерениях мрачной фигуры кудрявого мужчины Реддл не уловил угрозы. Не той, по крайней мере, на которую следовало бы сразу же среагировать. Страха или подозрения в глазах самого Реддла между тем не читалось. Как и высоко-эмоциональной (хоть какой-то) реакции на человека, которого сам и искал. Лишь спокойное выжидание да изучение, аналогичное тому, что исходило от румына.
[indent] Недолго так и постояв, молча отступил на несколько шагов, не препираясь и не вступая в конфликт. Хорошо, ему не сложно. Тудор, похоже (очевидно), не просто так находился среди могил, и совершенно точно незнакомец не входил в его планы.
[indent] Выждав небольшую паузу какое-то время британец так и стоял, собрав руки перед собой в положение наблюдателя. Нет, совершенно очевидно, что Чеботару кого-то искал. Или что-то. Неживое, естественно. Место и репутация румына делали подобный нехитрый вывод более чем логичным.
[indent] - Вам не нужно содействие? - ненавязчиво поинтересовался Реддл, уставив взгляд на ближайшее к Тудору надгробие. Всё это местью пропитано смертью в традиционном её понимании, но от некоторых могильников исходило нечто иное, ощущение присутствия Тёмных Искусств. Том едва ли мог объяснить это, но с детства имел склонность чувствовать подобное, с возрастом становясь всё более и более продвинутым, словно бы сливаясь с самими Искусствами как неотъемлемой частью себя, вроде руки или, скажем, ноги. - Не похоже, чтобы всё шло по плану, - резонно отметил между делом очевидное. Снова перевёл взгляд тёмных глаз на волшебника.
[indent] На самом деле, сам факт выбора данного кладбища говорил о многом. Близ портала, близ магглов, особый надзор со стороны авроров, не совсем даже Тимишоара - Тудору оно нисколько не мешало. Не то чтобы, складывалось впечатление, в принципе хоть немного волновало. Что же, обнадеживающе. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

5

- Да, отлично, спасибо, - скороговоркой проговорил Тудор с облегчением, благодарственно взмахнув рукой, в которой держал палочку, из которой из-за этого вырвалось небольшое облачко полупрозрачного светящегося тумана, от чего Чеботару чуть недоуменно нахмурил свои выразительные чёрные брови, пробормотав что-то вроде «ой, извиняюсь». После этого он, наконец, опустил палочку, и оглянулся по сторонам, всё так же хмурясь и немного щурясь, тщательно прислушиваясь, а так же ища глазами какое-нибудь движение, задумчивым взглядом всматриваясь в пространство за спиной незнакомца, и пока не придавая особого значения вопросу о том, что здесь забыл иностранец, и почему окликнул его, и вообще, каким образом он вообще его узнал.
Примерно через полминуты созерцания и раздумий, так ничего и не заметив, Тудор, на последок огладив край высокого надгробья рукой, отошел от него, и стремительным шагом двинулся в сторону всё так же стоящего на месте пришельца. По правде сказать, Тудору не было до него особого дела – какой-то странный иностранец, каких нынче в округе пруд пруди, агрессии не проявляет, на аврора или министерского чиновника не похож, значит, и морой с ним.

- Вам нужно содействие?

С румынским у него тоже было не важно, но он пытался подбирать синонимичные по смыслу слова. Хотя, фраза всё равно получилась корявой… и этот акцент – где-то Тудор его слышал, точнее у кого-то, и даже не у одного. Осталось только вспомнить, у кого именно… но позже. Сигой. Куда могла пойти инстинктивно боящаяся света тварь, которая спряталась на день на кладбище, и сейчас уже должна была проснуться и выйти? С учетом того, что сигои в принципе предпочитают жить на кладбищах, а на этом больше всего комфортных мест, чтобы спрятаться, допустим, думал Тудор, поравнявшись с незнакомцем и замерев в раздумье, что он так и останется бродить по этому кладбищу ночью. Но – Чеботару перевел взгляд на иностранца и прищурился, смотря одновременно и на него, и сквозь – этот сигой не был настоящим, это он, Тудор, его создал. И как поведет себя искусственно созданная нежить, и насколько она вообще жизнеспособна и что будет делать он пока не знал – сигой умудрился разгромить лабораторию и сбежать прежде, чем Чеботару успел подробно изучить и описать собственное творение, и сравнить фактические результаты с теоретическими.

- Не похоже, что бы всё шло по плану.

- Есть такое, - медленно проговорил Тудор одновременно отвечая и комментируя собственные мысли. Практическая часть и правда шла не по плану – Агата, наверняка расстроилась, что у него опять что-то пошло не так. Нужно будет потом перед ней извинится – как только он поймает сигоя.
Он внимательно посмотрела на стоящего перед ним мага, бледного настолько, что он и сам немного напоминал какую-нибудь нежить, и склонил голову на бок.

- Англичанин? – спросил он по-английски, с характерным южно-европейским акцентом, после нескольких секунд молчания. Всё-таки, воспоминание о том, кто говорит с таким корявым и странным акцентом пришло сравнительно быстро. После чего, уже опять на румынском, добавил, махнув рукой: - В прочем, не важно.
Тудор обошел молодого человека и, пройдя вперёд около метра, остановился, воскликнув не то «а!», не то «а, точно!», и вновь вскинул палочку. Из её кончика вырвалось прозрачное бледно-голубое сияние, и развеялось в разных направлениях. Поняв, в какую сторону ему нужно идти, Чеботару улыбнулся как ребёнок, сообразивший, как решается матрица по нумерологии, и резко сменив направление, ринулся через в лево, сквозь заросли разросшихся кустов и высокую траву. Сигой был где-то там, и, видимо, пока ещё не до конца проснулся и был медлителен – это был отличный шанс его поймать, и спокойно унести обратно в замок.

0

6

[indent] Глупо было ожидать того, что румын примется знакомиться и расспрашивать незнакомого человека о чём бы то ни было. Особенно в подобной ситуации. Особенно с подобным Тудору. Потому Том и не ожидал, пока лишь пытавшись вникнуть в происходившие, похоже, всё-таки поиска да продолжая собственное наблюдение. Чеботару увлечён процессом, ему слишком очевидно не до Реддла, что не сказать, чтобы устраивало последнего. Не для того прибыл сюда, отложил другие, быть может не менее перспективные встречи. Однако нутро говорило делать поспешных выводов, и британец таковое послушал. В который раз. Оно его редко подводило.
[indent] - Англичанин, - подтвердил нехитрый о себе, после посмотрев под ноги, на землю под ботинками. Здесь определённо что-то происходило, и пока с Томом не разговаривали, тот умудрился прокрутить в голове несколько книг, памяток и справочников. Нежить - это понятно. Какая? Мёртвая. Тоже понятно. Что здесь водил ось и, что важнее, какой именно увлекался Тудор, то ли поймав, то ли создав, то ли изменив одну из около-потусторонних тварей?
[indent] Взгляд молчаливо Задержался на вспышке из палочки и тем, куда та рассеялась наиболее выразительно. Направление имелось, хорошо: значит, можно не затягивать долго и порешать с этим. В данность случае Реддлу нужно было и наблюдение за румынском в действии, и частично его внимание после.
[indent] Не мешая волшебнику, Реддл трансфигурировал остатки забора рядом с собой в несколько крестов. Насколько хлопков аппарации по всей окрестности. Круг. Ограничение. Ничто для живых, но барьер и преграда для тех, кто застрял между. Кого бы Тудор не искал, а некоторые вещи в работе с любой (почти) нежитью оставались неизменными.
[indent] Наложив Силенцио на своё передвижение, держа в одной руке палочку, а во второй ещё один заговоренный на ходу крест, Том бесшумно обошёл заросли, пройдя туда с другой стороны в сторону за румыном. 
[indent] Торопил события, за свою жизнь не опасаясь совершенно. Поймать тварь, а дальше будет толк. Для этого британец даже присел на корточки, выпустил на землю большую лужу воды между заросли и, прибегнув к Искусствам, коснулся к ней, обратив в кровь. Ещё одна особенность любой нежити - они палки на эту консистенцию, даже не совсем естественную. А тут ещё и два живых человека. Вкусно, аппетитно. Как раз то, от чего все твари дрели и становились простой добычей. Справедливости ради только стоило сказать, что Том в принципе мало в чём видел трудности, особенно когда таковыми то или иное считали другие. Они не Наследники и нисколько не избранные. А то, что Реддл не способен выпускать из палочки радугу - так переживет. Совсем бесполезно в деле и нс кладбище, когда рядом была какая-то из форм нежити да призраки. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

7

Пробираясь вперёд, Чеботару думал, как бы наиболее безболезненно «упаковать» сигоя  - те и так были умнее обычной нежити, так как были по сути своей ближе к сравнительно цивилизованным разумным вампирам, чем к опасны, но в общем-то безмозглым мороям или приколичам, а потому тот, почуяв человека, от которого сбежал, мог и ускориться. Особенностью сигоев, как выяснил Тудор, было то, что те хоть и теряли человеческий разум после перевоплощения, но, в отличие от мороев, превращающихся в вечно голодных и агрессивных тварей в человечьем теле, и приколичей, и вовсе становившихся животными, сигои сохраняли в себе остаток человеческой памяти – либо видоизмененные под работу мёртвого сознания особенно яркие моменты жизни, либо память о том, что произошло с ними перед самой смертью и как они умерли. И боялись они как огня того, что их убило или обратило – в данном случае сигой боялся его, Тудора, так как для его создания он использовал заплутавшего в окрестностях его жилища бродягу, решившего переночевать в заброшенном полуразрушенном крыле замка.
В какой-то момент он остановился, выставляя палочку вперёд, и очерчивая ею круг в воздухе, накладывая на себя чары, заглушающие запах – в случае с боящимся тебя как европейский вампир креста и святой воды, главное не пахнуть, как источник опасности. Что же до шума – если он его услышит, то это даже хорошо, так как это заставит его вылезти из своего убежища прямо на встречу Тудору.
Проделав эту не хитрую манипуляцию, он достал из висящей на боку небольшой кожаной армейской сумки небольшой свёрток и снял с него бумагу – в руках у него оказался кусок мяса с кожей, подозрительно напоминающей человеческую. Сигой наверняка был голоден и его не только нужно было приманить на запах, но и покормить – всё-таки, Чеботару испытывал небольшую неловкость перед бедным безымянным бродягой, тот, в конце концов, ни в чём не был виноват, а ему, Тудору, нужен был материал для исследований. Потому, магу не хотелось морить бедолагу голодом после полусмерти – о своих образцах он либо заботился, либо избавлялся от них сразу, но никогда и никак их не мучил. Только если того не требовал проводимый опыт, конечно же, но и то не со зла и не из удовольствия.
Заметив, что англичанин увязался вслед за ним, и начал проводить манипуляции с крестами, Тудор удивлённо моргнул и пожал плечами – на Альбионе вампиры и нежить в целом не особо водилась, и в основном местные волшебники были наслышаны о ней из порой нуждающихся в серьезной корректировке книг. К примеру, боялись вампиры вовсе не распятий, а материала, из которых они были сделаны – благородных металлов, особенно серебра, либо же самих крестов, а осиновым колом в грудь в принципе можно было убить кого угодно. При желании, Тудор мог бы устроить целую лекцию о том, с чем на какую нежить и её подвиды лучше охотиться так, чтобы не причинять ей вреда, но сейчас ситуация не особо располагала к долгим монологам.
- Отошел бы оттуда, англичанин, - не громко произнёс Тудор на английском, стоя посреди небольшой «поляны», на которой были только несколько старых вросших в землю плит, такой же полузаросший ползучей зеленью склеп, да большое раскидистое дерево с мощными корнями. – Куда-нибудь…вправо.
Голубоватый огонёк на конце палочки Чеботару начинал мигать всё ярче – значит, сигой учуял еду и шел по направлению к ним, и теперь оставалось дождаться, пока тот появится и усыпить его специальными чарами.
- И не двигайся по возможности, - добавил Тудор всё ещё не переходя на румынский, и беря палочку наизготовку, - кресты тебе не особо помогут, но кто-нибудь может на них напороться. И не трогай его. Понятно?
Шум с противоположной стороны поляны становился всё более явным, и вскоре из-за угла вросшего в землю склепа показался взъерошенный человек, идущий неверной ковыляющей, будто пьяной походкой. Одет он был в порванную заношенную одежду, волосы его были всклокочены, а лицо осунувшимся и не бритым. Тудор замер, человек поднял голову – его мёртвое лицо было похоже на восковую маску, глаза были мутные, будто закатившиеся, веки полуопущены.
В следующий момент произошло сразу несколько вещей – Чеботару бросил в сигоя кусок мяса и отскочил назад, а мертвец неожиданно резко и с огромной скоростью бросился вперёд. Когда сигой оказался в каком-то метре от него и замешкался, будто бы узнав стоящего перед ним человека, Тудор резко взмахнул палочкой. Раздался хлопок, воздух рассекла волна бледно-желтого света, и сигой, упав с глухим стуком, тяжело повалился на землю. Чеботару же, невозмутимо полез в сумку и достал из неё небольшую прямоугольную коробочку и бросил её на землю – та стала быстро увеличиваться в размерах, пока не превратилась в большой прямоугольный не то ящик, не то гроб с защелками. Тудор снял с него крышку и аккуратно левитировал потерявшего сознание беглеца внутрь, после чего закрыл его, защелкнув на дополнительные замки.
- Ладно, - сказал наконец Тудор, уменьшив надежно запертый зачарованный ящик с сигоем и убрав его в сумку, и повернул голову в сторону англичанина. – Ты что-то от меня хотел?

0

8

[indent] Что же, на нет и суда нет. Том так и замер на месте, сидя на корточках. Нечто развернулось пред его глазами, и роль наблюдателя оказалась принята с концами. Ладно. Ему, в общем-то, всё равно. Значения пока не играло, хотя и самоуверенность Тудора также отметил.
[indent] Румын действительно знал, что делал. Сколько раз уже попадал в подобные ситуации? Если верить тому, что британец знал, то вполне часто. Чаще всей Румынии, не считая мракоборцев из соответствовавшего отдела по борьбе с нежитью.
[indent] Картина оказалась быстрой, отработанной, занимательной. Пожалуй, Тому даже понравилось то, что он увидел. Чеботару на что-то способен, а это Реддл умел ценить. Как и этим же пользоваться.
[indent] Он молчал до тех самых пор, пока Чеботару к нему не обратился. Тогда брови лишь едва приподнялись, ненадолго так и замерев. На этом в изменениях лица - всё.
[indent] - Научное любопытство, - ответил прямо и без увиливания после того, как поднялся на ноги. Взгляд уставлен на подобие гроба, лишь после на Тудора. - Побывать в Румынии, но не узнать её выдающиеся умы - глупость, - вот теперь да, смотрел на волшебника, подойдя чуть ближе, но не сокращая дистанцию поверх приличия. - К которым относятся не без пренебрежения. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

9

Слегка сбитый с толку ответом англичанина, Чеботару с очень выразительным выражением лица посмотрела на него, и не нашелся, что ответить – с «научным любопытством» к нему обращались впервые. Щелкнув тяжелой металлической застёжкой на сумке, и пропустив реплику о выдающемся уме мимо ушей, Тудор с некоторым подозрением взглянул на иностранца. Чеботару всегда настораживали чужие похвалы, комплименты и лесть – если они исходили нет от Агаты, разумеется – так как ощущал в них подвох и редко когда верил в их искренность.
- Меня интересует, что именно тебе нужно, англичанин, - проговорил Тудор, смотря в бледное лицо с черными глазами, которые, казалось, поблескивали в полумраке, как у кошки. Хотя лицом молодой человек был больше похож на какую-нибудь рептилию, что тоже настораживало.
- Праздное любопытство – не повод занимать моё время, его и так вечно нет, - Чеботару удобнее перехватил палочку, а в его взгляде появилось явное раздражение. Ему нужно было спешит домой, а не трепаться здесь с каким-то подозрительным англичанином – нужно было вернуть сигоя в камеру, и замерить нужные параметры до того, как он очнётся. Тудора ждали записи, которые нужно было доделать, заказ на маскирующие амулеты, на которые нужно было нанести последние надписи, и Агата.
Когда молодой человек начал подходить ближе, сокращая дистанцию, Чеботару отступил, не желая, подпускать его к себе ближе, и думая о том, что, морой побери, это ведь действительно странно, что какой-то незнакомый англичанин вдруг безошибочно находит его на огромном кладбище, а потом начинает следовать за ним непонятно куда, в поисках чего-то очевидно опасного и сомнительно законного. Кто он вообще, как нашел его, у кого навел справки, как подгадал время и день, и зачем? Явно не из праздного любопытства – ему определенно что-то нужно, и потому он начинает издалека, приятными уху словами.
- Стой на месте, - резко сказал Тудор. – И либо говори, кто ты, откуда и что тебе конкретно нужно, либо… - маг, с угрожающе-спокойным выражением лица, кивнул в сторону по-прежнему лежащего на земле куска мяса.

0

10

[indent] И снова: дальше Том не подходил. Чувствовал себя при этом начинал странно. Скорее, с элементами смеха, но модель взаимодействия с румыном - странная, действительно, именно это слово. Ничего другого ждать, снова, не приходилось; не после слухов о "единственный в роду выжил, а потому злые духи овладели его душой" и прочим, но всё-таки. Терпене у Реддла на самом деле резиновое, когда имелся достаточный запас времени, только вот откровенно раздражали (разочаровывали) глупые и очевидные, как для британца, повороты. Потому он беззвучно выдохнул, не меняясь ни в лице, ни в положении тела. Теперь смотрел на Тудора прямо, ни на что не отвлекаясь. И если взгляд мог затаиться и молчать, то именно это глаза Реддла и сделали, словно бы какой-то косой призмой и неестественным градусом отражая некоторые блики звезд в тёмной пучине.
[indent] - Хотел бы я причинить тебе вред, так минимум четыре раза бы уже выбил палочку со всем вытекающим, - меланхолично констатировал волшебник. Впрочем, явно не те слова, Чеботару наверняка рассчитывал услышать что-то... другое. Правда, вот эти вот моменты, когда не конкретное нужно передать в словах конкретных и коротких - вот эти моменты Наследнику порой давались так себе. Он не всегда готовил ответы заранее, потому: "Зачем?" - и в самом деле, зачем? Выразительное разве что своими чертами, но не жизнью на таковом, лицо выдало короткий смешок само себе. Говорить со странным человеком, полным паранойи, предрассудков и своеобразным видением мира, прямыми фактами - это не походило на лучшую среди идей британца. - Том Реддл. Прибыл в Румынию с туманного Альбиона с исследовательскими целями. На данный момент того, что ещё может двигаться, но не совсем живое, и наоборот, - не как с умалишённым, а неизменно. Угрозы Тудора словно бы и не заметил, и вообще всё это по колено. Румын здесь не единственный сумасшедший, быть может. - Моя цель - в перспективе полезный для обеих сторон научный диалог. Совсем хорошо, если с практической составляющей. Вот как это, - он кивнул на застёгнутую сумку. И нет, Тома совершенно ничто не смущало. Вообще. Даже абсурдность этой ситуации.
[indent] Ему-то всё логично: заимел знакомства, от этих знакомств узнал об интересных людях, у других людей узнал уже о них, а там и нашёл, к счастью, даже без долгих поисков и в первом же предполагавшемся месте. Всё просто, по полочкам, и никакой магии, кроме нездорового упорства и сопутствовавшего Тому везения.
[indent] - Не то чтобы это было поводом дважды угрожать мне палочкой, - резонно отметил так, к слову. Реддл вел себя прилично, в самом деле без злого умысла, и даже с открытой душой. Ну, образно выражаясь, разумеется. Лишь бы только Чеботару не сглупил и хотя бы что-то уточнил, показав способность к размышлению и аналитике. Очень бы оказалось уместно. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

11

- Выбил бы палочку - тебя бы сожрала эта тварь, - ответил скороговоркой, скачущим голосом, проглатывая звуки и зажевывая окончания, Тудор на румынском - вероятно, понять его фразу при плохом знании языка было трудно. Палочку он не опускал, но и действий особых не предпринимал - разве что двигал ею в сопровождающих реплики жестах, от чего та слегка светилась, оставляя за собой линии из тающего света, яркими полосами прорезающие начавшую сгущаться темноту.
- И зачем тебе изучать то что не живое, но двигается, и как ты вообще определяешь рамки живого-неживого? - скептически поинтересовался Чеботару, по-прежнему наводя палочку на Тома Реддла жестом, каким учителя порой указывают на студентов, с которыми ведут диалог. - Двигаться может то, что никогда не было и не может быть живым по определению, но то, что было живым, при этом, может быть не движимо, и вовсе никогда не шевелиться. Живое может быть классифицировано как не живое, в зависимости от системы классификации и мировоззрения, равно как неживое может быть отнесено к живому по тому же принципу. Живое и не живое так же зачатую не то, чем кажутся на первый взгляд.
Тудор говорил быстро, увлеченно тараторя, и не останавливаясь - лишь интонация голоса мага то подскакивала к концу предложения, то наоборот понижалась к началу следующего. Речь его была неровной, скачущей по тональности и темпу.
- Теперь попробуй ответить на вопрос ещё раз, и сделай это конкретно, - Чеботару махнул палочкой в сторону англичанина и нахмурился. - Если тебя влечет "научный интерес" - выражайся без всей этой художественной воды, и вообще лучше не используй всякие красивые фразы и тому подобное, - Тудор сделал паузу и обвел взглядом поляну, стоя в задумчивом молчании.
- Фамилия как ненастоящая, - вдруг выдал он резко, параллельно с этим рассеча палочкой воздух, от чего из неё всё-таки вылетела небольшая светящаяся стрела, и врезалась в дерево где-то слева позади Тома. - Я не знаток языка, но "загадка-том" звучит как так себе псевдоним... а, да, извини, - Тудор кивнул на палочку, - с ней такое случается, не принимай на свой счёт.
После чего, наконец, опустил палочку.
- Орешник то ещё шальное дерево, - в воздух пояснил Тудор, как бы извиняясь, но не факт. - У тебя есть часы, загадочный Том из Англии? В девять авроры начинают прочесывать кладбище, а я сегодня не в настроении с ними разговаривать.

0

12

[indent] В некотором смысле быть лишь иностранным незнакомцем для всякого встречного - неплохо. Когда никто не знает о тебе ничего, не знает, с кем имеет дело и на что способен этот чужак, то будет вести себя естественно. Так, как это делал сейчас Тудор. Пока не наступило познания миров друг друга, особенно пограничного и утопавшего в решительности мира Тома Реддла, можно было притворяться кем угодно. Сколь угодно долго. Если имелся смысл. Том в любом случае это умел, великолепно строил из себя не того, кем являлся, больше десяти лет. От части продолжал делать это до сих пор, даже сейчас. Лишь в общих чертах, но. В самом деле удобно, в самом деле охотнее обучали тому, во что бледный мрачный и какой-то не как местные иностранец не совсем вписывался.
[indent] Между тем взгляд наблюдал на палочкой подобно коту (или змее), когда те увидели мушку. Голова едва заметно наклонилась. Проскользнул скепсис и лёгкое напряжение то ли в прищуре, то ли в бровях. Неподвижен, не страх, но самосохранение и познание повадок собеседника; повадок шатких и нервных. Да, пожалуй, нервных - подходившее слово. И что-то ещё, связанное с навыками общения и выражения себя. Что тоже не совсем плохо: Реддл почти не понимал, что румын тараторил так быстро и невнятно, потому для легилименции затеряться где-то там - вовсе не проблема. Где-то на поверхности, просто чтобы понимать смысл озвученного. Но даже там - хаотичность и картины, в которых нужно было ещё и разобраться. Прекрасно дополняло быструю речь на чужом языке, в общем. Хотя понятно и стало. Немного.
[indent] - И тем не менее, есть данность: живое и мёртвое. Значит, должно быть и то, что способно их объединять. В том числе возвращать сюда то, что изжило себя, будучи когда-то живым. Нежить существует, потому и иных состояний между двумя точками можно не отрицать. Названия и категории не важны. Они не отменяют факта, - он напротив: говорил спокойно, неторопливо. Так, чтобы его поняли, хотя бы в общих чертах по контексту. Кое-какие фразы даже озвучивались на румынском (неправильно, но сгодится для передачи смысла). Тудор сказал не говорить сложно, но при этом закрутил сам. Том лишь на это ответил, прояснив: буквы не важны, важно само наличие и существование в природе. - Фамилию не выбирают, - с прокользнувшим холодом, хоть уже и без раздражения; пережил и осознал судьбоносную данность ещё давно. Но нет, не псевдоним. Грязный, а удачный, исключительно подходивший ему отпечаток судьбы. Плевок и благословение.
[indent] - Без семи минут девять, - карманная странная конструкция между часами, песком и рунами ненадолго вытащена, а затем снова убрана. - В таком случае и не стоит с ними разговаривать, - Реддл сам не против убраться отсюда. Не имел среди своих предрассудков ничего плохого касаемо кладбища, здесь как минимум тихо, однако всё же место больше подходило для практики, нежели вступительных бесед. - Твой орешник. Вам так взаимно комфортно? - не похоже, что Тудор собирался что-то менять. Реддлу всё равно, хоть самому румыну сия дурная привычка могла и причинить немало вреда. Окажись, к примеру, Том недостаточно самоуверенным и достаточно нервным, чтобы сразу среагировать на направленную на него не раз палочку, да ещё и со странными словами. К примеру, будь он аврором. Которым на деле не являлся. Что значило? Заболтать и увести. Не более. На всё, кроме поставленной задачи с результатом, Наследнику наплевать. Вероятно, как и Тудору (даже если там, скажем, задачи вдруг и не обнаружилось бы). [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

13

- Ну, время ещё детское, - негромко и задумчиво ответил Тудор, уже окончательно опустив палочку и смотря куда-то в сторону, - но лучше поторопиться.
Сигой был пойман, очередная могила неизвестной женщины осквернена тёмной магией шутки ради - значит, план по работе на открытом воздухе сегодня был выполнен. Даже перевыполнен - теперь у Тудора был новый знакомый-иностранец со странным именем и мотивацией, и некоторыми проблемами с логикой, но это не страшно - многие волшебники, в том числе и великие, были с нею не в ладах. Особенно с логикой формальной, полностью построенной на абстрактных понятиях, и в словесной своей форме базирующейся на логических задачах и разной степени очевидности парадоксах. Чеботару, несмотря на все свои странности, был человеком логичным, но имеющим проблемы во взаимодействии с людьми и их пониманием - к глубокому своему огорчению, несмотря на весь свой ум, эмоциональный интеллект Тудора оставлял желать лучшего.
Сойдя, наконец, с места, Тудор направился в сторону Тома, обошел его, и, прищурившись, нашел начало узкой полузаросшей тропы, шедшей между деревьями.
- Авроры - люди занятые, - сказал Чеботару не поворачиваясь, удобнее устраивая ремень тяжелой сумки на плече, и ступая на тропу. - А мешать людям работать - это плохо, особенно когда работа у них такая напряженная, нервная, неблагодарная... - тут он сделал вынужденную паузу, зевнув, после чего продолжил, - ...график тяжелый... в общем, не стоит зря людей нервировать.
Тудор говорил в режиме монолога, не требуя ни ответов, ни реакций со стороны собеседника - он любил поговорить, и обычно не имея отвечающего ему человека, уже давно привык говорить сам с собой. Тем более, что собеседник был в общем-то безобиден, и заинтересован в общении с Чеботару больше, чем Чеботару в общении с ним - потому Тудору, в общем-то, было всё равно, есть ли рядом с ним Реддл или нет. Но, с каким никаким живым человеком говорить было всё же интереснее - он задавал наводящие вопросы, давая разнообразить монолог.
Тропа была утоптанной, но узкой - это была одна из множества кладбищенских дорожек, проторенных для того, чтобы срезать путь к нужным местам. Учитывая старость конкретно взятого кладбища, и прилегающее к нему подобие леса, а так же его общую заброшенность, вероятнее всего, протоптали её здесь давно, и в куда лучшие времена - когда в этой стороне кому-то было, кого навестить.
Шумела высокая трава, шелестели кроны деревьев, между стволов которых пробивались отблески заходящего солнца и островки нежно-розового неба. Кладбище поглощала мягкая тёплая темнота, а лилово-зелёные сумерки пахли свежей землей и мокрой зеленью - после нескольких дней жары и засухи на небе начали собираться тучи, а воздух становился влажным, оседая каплями на растениях, земле, могильных камнях и людях.
Тудору было настолько уютно, что какое-то время он просто молчал, всей кожей ощущая это влажное тепло, как мелкие капли оседают на жестких кудрявых волосах, заставляя их виться ещё сильнее, и ка кони же стекают по лицу; насколько резко ощущаются теперь все витающие вокруг запахи. Всё же, кладбище, особенно старая его заросшая часть, похожая больше на заброшенный парк с разбросанными в нём надгробьями и склепами, не была мрачной - здесь не было запаха смерти или чего-то тревожного. Здесь царил покой.
- К вопросу об орешинке, - после долгой пазы резко заговорил он, - да, вполне - она меня исправно слушается, если ты не заметил. Орешник - это дерево, отражающее эмоциональное состояние хозяина - потому, - Тудор слегка замялся, - она порой слегка чудит, но я на неё не в обиде. А вот насчет категорий ты не прав - они на прямую определяют то, какими именно фактами и убеждениями ты будешь руководствоваться при сборе информации по соответствующей теме. И если тебе действительно нужно что-то узнать, то перво наперво ты должен правильно сформулировать цель, и задать конкретный вопрос - ответ, в большинстве случаев, найти легче, когда ты знаешь, что именно ты ищешь. Ты не даешь конкретной и четкой формулировки, но уже допускаешь логическую ошибку: не давая четкого определения живому и мёртвому, ты утверждаешь, что нежить является промежуточным состоянием между двумя этими состояниями, хотя нежить не попадает под определение изжившего себя, и не всегда имеет изначально условно живую основу. Давай начнем с начала: что ты подразумеваешь под категорией "живой"?

+2

14

[indent] Насколько бы иначе вёл себя Реддл, окажись он Ноттом, Малфоем или Лестрейнджем? Насколько бы другого внимания бы ждал, насколько его бы задевала незаинтересованность в избранной персоне? Загадка. Риддл (Реддл) - это загадка. Безумная, со странными внутренними рычагами; то, что способно задеть раз, в другой воспринимается с пониманием и принятием. Там, где сам Том бы ушёл однажды, в следующий раз он мог предпочесть остаться. Там, где его приятели бы оскорбились, замолчали и ушли, Наследник... замолчал и ушёл. Тоже. Но ушёл не прочь, а последовал за румыном. Пока слушал, думал, как и на чём строить с ним общение дальше. Легилименция помогала кое-как понимать того, даже немного вникать в странную кашу взаимосвязей в кудрявой голове между многочисленными, разными, неодинаковыми нитями, то и дело движимыми чем-то. Пока британец лишь обнаружил, что всё они вели к чему-то единому, единственно важному; задевались этим единым и только, но глубже - нет, пока не входил. Ему это не нужно, это неуместно, не то время и не то окружение. Не то взаимодействие, что пригодилось бы для научной беседы. Сейчас. Выдержанный англичанин и без того выглядел достаточно подозрительно в глазах Тудора, насколько успел понять, чтобы откровенно и нарочно усугублять. В конце-то концов, имелось, что обдумать. Взвесить даже столь непродолжительный диалог, увиденное, и сделать из этого выводы. Слишком мало, чтобы решить - этот человек не нужен и стоит развернуться да уйти, - но достаточно, чтобы понять: смысл копнуть глубже и подождать имелся. Румын похож на того, кто жил своим делом, своим видением мира, своей структурой, и вполне успешно (если верить собранным хорошим и (преимущественно) не слишком слухам) внедрял их в мир "остальных людей", взаимодействуя своими предположениями с действительно существовавшими законами магии и природы.
[indent] Про авроров ничего не ответил. Лишь пронаблюдал, почти не моргая и едва прищурившись, за Чеботару. Тому, похоже, и компании самого себя хватало вполне. Странный тип. Нет, не так: нестандартный. И его, похоже, сам Реддл, как и его внешний вид, не смутили. Уместна шутка, что с мёртвыми часто общался, но на шутку не слишком походило. И в окружении тихого безлюдного кладбища, вот сейчас, глядя на него со спины почти прямо в тёмные кудри, Реддл не в первый раз для себя это отметил. Ладно.
[indent] После продолжительного молчаливого следования по кладбищенскому, а там и просто безлюдному пути, Том не вздрогнул, когда раздался довольно звонкий, не тихий, но с элементами раздраженного (на кого?) бормотания голос Тудора. Лишь прислушался и вернул взгляд на его кудри, до этого периодически бесстрастно оглядываясь по сторонам. Том не испытывал никаких выразительных ощущений или эмоций касательного того, где находился, потому и вписывался везде. Симпатия - наличие магии; остальное - нюансы, не всегда важные. Четобару, очевидно, отличался (и) в этом иначе. В его голове нити расчесались, на какое-то время немного обвисли, подобно некоему спокойствию. Пустому и по факту.
[indent] - У нас в Британии палочки принято выбирать. Требовательные редко попадаются тем, кто не способен найти с ними общий язык. Закономерно. Свою ты выбрал или, может, наследство? - и вроде как разговор ни к чему не обязывающий, и вообще почти исчерпан, но нюансы, детали, крупицы, которыми как раз и дополнялась общая картина. Ей рано вырисоваться в финальной версии, но вот набросками - вполне. По крайней мере, в случае Реддла. - Скажу по-твоему, - спокойным, чётким голосом чуть громче обычного (всё-таки прежде чем сравняться и идти рядом, прежде чем навязываться в качестве полноценного собеседника, в котором Том не до конца уверен, что Тудор нуждался, стоило, чтобы слова британца не улетели в никуда). - До недавнего времени у меня имелось следующее понятие: жизнь представляет собой то, что может быть подвергнуто и считано ментальной магией, при этом обладает тем, что принято называть душой, - недолгая пауза, взгляд скатился с кудрей на яму, которую ловко переступил широким шагом. - Так я считал. Однако, ошибался в своём предположении. Если же ты говоришь, что я не прав, то это значит, что прав ты, как и знаешь, как правильно. В таком случае, я пришёл к нужному человеку, - между делом прощупать, вычеркнуть то, что задевать бессмысленно. Тоже нужно. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

15

— У нас в Британии палочки принято выбирать. Требовательные редко попадаются тем, кто не способен найти с ними общий язык. Закономерно. Свою ты выбрал или, может, наследство?
-- У меня было несколько палочек, - ответил Тудор не поворачиваясь, - и все они были, что забавно, из орешника. Но конкретно эта была подарком...
Чеботару никогда не отличался аккуратностью по отношению к вещам, и за свою жизнь успел сменить почти десяток палочек - он с завидной регулярностью их ломал, при чём всегда разными способами, и одну из своих палочек он умудрился и вовсе случайно сжечь. Парочку он потерял, неудачно уронив или забыв где-то или в чём-то, откуда их было уже доставать бесполезно. Палочки редко служили ему действительно долго - за исключением последней, которая служила ему верой и правдой уже больше десяти лет. Орешник с волосом с головы сфинкса, длиной напоминающая небольшую учительскую указку, с ручкой, украшенной ярким расписным орнаментом и с резным ромбом на конце - эту палочку ему когда-то подарила Агата, и потому к ней Тудор относился бережно и максимально аккуратно, и, вероятно, это была единственная причина, по которой он до сих пор не сломал её или не потерял. Ко всему, что касалось его дорогой невесты, Чеботару в принципе относился внимательнее и осторожнее, чем к обыкновенным вещам.
- Да, слышал о такой практике, - кивнул Чеботару, - Грегарович что-то такое говорил, когда я его в последний раз видел... Насколько я понял тогда, и как помню сейчас, принцип вашего подбора палочки появился сравнительно недавно, его предложил младший Олливандер - вроде Гаррик, а не мастер Джервейс, и заключается в том, что палочка "выбирает" волшебника, и процедура подбора проходит по каким-то определенным параметрам...
Которые, в прочем, Тудор не помнил - с тех пор, как он в последний раз покупал очередную новую палочку у Грегоровича, прошло чуть меньше двадцати лет, а распинаться о том, в чём он сам неважно разбирался, он не любил. Чеботару хорошо знал о палочках только те моменты, что были важны конкретно для него - подробно же он этой темой никогда не интересовался, так как палочка для него была рабочим инструментом, а не предметом изучения.
Тем временем, чем дольше они шли, тем сильнее Тудора начинала одолевать сонливость - речь его становилась все более вялой и какой-то скомканной, он проглатывал окончания и зажевывал слова. Мысли в голове перекатывались всё тяжелее, будто бы спотыкаясь и наталкиваясь одна на другую, путаясь и того сильнее обычного, в затылок отдавало тупой тяжестью,  а глаза так и норовили закрыться. При этом в голове было странное ощущение, сродни легкой щекотке, что было довольно странно, но Тудор не придавал ему особого значения, опасаясь сейчас разве что того, чтобы не заснуть на ходу, как с ним порой случалось. В таких случаях он обычно мог продолжить автоматически продолжать совершать какое-то действие, но продолжая двигаться в реальном мире, но его сознание в этот момент видело сон. А снились Тудору обычно кошмары, и потому действовал он соответственно, находясь в этом своеобразном состоянии сомнабулы, и вполне мог вслепую сделать что-то не слишком адекватное. Как-то раз он по сне послал заклинание в нападавшее на него чудовище, и проснулся от дикого грохота снесенной им стены.
— До недавнего времени у меня имелось следующее понятие: жизнь представляет собой то, что может быть подвергнуто и считано ментальной магией, при этом обладает тем, что принято называть душой, — недолгая пауза, взгляд скатился с кудрей на яму, которую ловко переступил широким шагом. — Так я считал. Однако, ошибался в своём предположении. Если же ты говоришь, что я не прав, то это значит, что прав ты, как и знаешь, как правильно. В таком случае, я пришёл к нужному человеку, — между делом прощупать, вычеркнуть то, что задевать бессмысленно. Тоже нужно.
- Мне нравится начало, - ответил Тудор, подавляя рвущийся зевок, и прикрывая рот ладонью, - кроме ментальной магии - она, по большей части, фиксирует наличие и активность сознания, но не наличие души. Ту же лигелименцию можно спокойно применить к поцелованному дементором - ему будет всё равно, но достать записи воспоминаний, в том числе об эмоциональном опыте, можно, но вот живым в полном смысле слова человека без души назвать нельзя. Без неё остается просто оболочка с записью памяти об ушедшей жизни, которая вскоре тоже умирает. Иными словами живой человек - это тот, у которого есть душа в том или ином виде.
Впереди между деревьями показался просвет - тропа кончалась, выводя двух путников к открытой поляне, усеянной могильными плитами, с утоптанными между ними аккуратными дорожками. Выйдя из-за деревьев, Тудор по привычке огляделся, ища глазами на половину вросший в землю старый склеп, единственный уцелевший в этой части кладбища. Найдя его, Чеботару, максимально бодрым шагом человека, тащащего на себе тяжелую сумку и испытывающего огромное желание лечь и уснуть на этом самом месте, двинулся в направлении портала, пару раз опасно покачнувшись по пути, но удержав равновесие, а потому не заострив на этом внимания.
Но, всё же, промелькнула у него слегка запоздалая мысль, какая-то странная у его головы реакция на разговор с этим англичанином...Что-то с ним определенно не так, вот только что именно - не понятно. Разговор вроде бы не скучный, встал он часа четыре назад и прекрасно выспался, и даже не забыл выпить специальное зелье, чтобы не спать на ходу, но от чего-то его все равно неудержимо клонило в сон. Странно и почти настораживающе.

0

16

[indent] Том относился к палочке с уважением.  Да - это всего-лишь инструмент, если говорить скептически. Его всегда можно заменить. Но для Наследника ещё и характеристика, некий символ. Чтобы воплощать некоторые формы магии вовсе не нужна была ни палочка, ни посох, ни кольцо - природа волшебства существовала и без них. Но именно эти инструменты символизировали контроль, покорность и обузданность необъятного чистого потока. Британец держал в руках много палочек, и большинство из них покорялись ему. Том даже мог сказать, что улавливал между ними разницу: кто знает,  вполне бы способен производить их, появись у него желание. Именно это говорило ему о многом. Разнообразие, индивидуальность, неповторимость - пока он не держал в руках ничего столь же соответствовавшего ему, как первая палочка. Том это оценил и заметил за собой, что по ходу развития волшебника и сам инструмент менялся, становился сильнее и совершеннее. Потому подход Тудора он понимал, но не принимал. Очередная характеристика, повествовавшая о многом. И подарок - отчего-то содержание черепушки румына на этом отрезанировало. То,  что вело к центральной точке внутреннего мира Тудора. Интересно. Реддл заметил.
[indent] - Это древняя традиция делать их на заказ у Олливандеров,  - в Британии уже больше двух тысяч лет почти не имелось семейных и мелких производителей, как это происходило в Европе. Олливандеры изначально зарекомендовали себя и даже умудрились закрепить за собой монополию. С их появлением производство палочек перестало быть чем-то кустарным, но вот прихоти волшебников - с этим боролись дольше. Тому, вероятно, повезло застать лучшие из поколений мастеров этого семейства, - но подход Гаррика к их производству и распределению - это, хоть и не сразу, действительно произвело настоящий фурор. Благлдаря его вкладу материалы стали ограничены и строго структурированы. Талантливый волшебник, я как раз застал его во времена, когда такой подход только начинал восприниматься всерьёз. С тех пор ничто не изменилось , - всё тем же приятным, но исключительно ровным тоном отзывался волшебник на тему ничего почти не значившую, но в целом неплохую. Чеботару не страдал тотальной забывчивостью, как казалось какое-то время назад. Нет, нужное  и лишнее, ценное и не важное - вот так работал Тудор. Оно уже понятно, потому переносить на личное или целенаправленное не стоило. Так, до общей кучи.
[indent] Том, похоже, частично эмпатировал - своеобразная мозаика мышления Чеботару передались и Реддлу. Его ровные, линейные, плавные мысли перестали быть таковыми в полной мере. Кроме того, внутри румына что-то менялось,  и Том пока не понимал, с чем это было связано. Словно где-то открылся кран, и силы начали покидать волшебника, вгоняя того в некую литургию. Иначе британец и описать не в состоянии, уж больно специфичная специфичность. А всё-таки,  понимать румына надо было, потому его сознания не покидал. Разве что совсем к краю подошёл,  дабы не заразиться. У Тома-то всё и с энергией, и с концентрацией нормально. Какой-то новый цветок в букете исключительных особенностей Чеботару. Люди, глаза, ощущения о нем не врали. Насколько подконтрольны внутренние зверушки Тудора ему самому? А другим? А Тому? На секунду волшебник залил,  выпал. Заразно. Поправил челку, чуть насупив брови.
[indent] - Как-то так я и начал думать, и тогда у меня возник другой вопрос, - а Реддл всё не менялся. Его мысли в целом оставались ровными. На редкость не констатировавшими, а лишь озвучивавшими, закидывавшими сети. Что вытащит? Оно, к тому же, отвлекает от откровенно не самой приятной манеры ведения разговора, сколько бы Реддл не утверждал про понимание подобного. Уставился на старый склеп. Волосы снова назойливо спали на лицо несколькими непослушными пряди. - Чем в таком случае считаются животные, магические твари, полу-разумные существа, которые, так или иначе, обладают элементами или полным самосознанием, ментальной приспособляемостью и, как говорят многие магозоологи, упрощённой формой души? Может ли она, душа, быть вне людей, и если нет, то чем тогда называется их физическое функционирование, - нет, это невозможно, британец не выдержал.  Ему надо прояснить, что с этим человеком не так, прежде чем начать игнорировать это "не так". Более глубокое проникновение в сознание сейчас интуитивно чувствовалось ошибкой, потому пока Том её не совершал. - Тудор,  с тобой всё в порядке? - спросил негромко, но очень чётко, обойдя румына так, чтобы видеть его не со спины. Тот даже в прежнем ракурсе походил на мешковатую поникшую нежить. Ещё несколько минут назад такого не было. Палочка между тем не дремала и просилась наружу. Британец её услышал. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

17

Тудор остановился, нетвёрдо стоя на ногах и сильно ссутулившись - глаза начинали слипаться, а земля под ногами качаться, будто он был на корабле или в вагоне поезда. Стоп-кадр, картинка перед глазами будто колдография - зацикленная и выцветшая, на миг замерла. Тудора повело в сторону - на миг он потерял ориентацию в пространстве, не видя перед собой ничего, не понимая, где верх, где низ. Чеботару закрыл глаза и моргнул, и мир вновь принял четкие очертания.

Он стоял на кладбище один. Небо над ним было низким и тусклым, затянутым серыми пылевыми облаками - частички этой пыли, крупные, с серебристым отливом, витали в сыром и затхлом воздухе. Чеботару прикрыл лицо рукой, стараясь не вдыхать эту пыль - она оседала в лёгких чем-то скользким и клейким, лишая возможности нормально дышать. Волосы трепал ровный, идущий в одном направлении ветер, источник которого был где-то вдалеке - Тудор поднял взгляд выше, за изрезанный кромкой черных деревьев горизонт. Огромная  тварь, сотканная из чёрного тумана, дыма, пыли и чего-то ещё, возвышалась над горизонтом, собирая вокруг себя вихрящиеся тяжелые облака, и наполняя всё вокруг мерным гудением. Раздался гортанный потусторонний рёв - смесь скрежета, воя ветра и громовых раскатов, и небо осветила яркая красная вспышка. Всё вокруг стало красным и бордовым - тварь, огромная, многорукая и с множеством щупалец, открывала исполинских размеров пасть, похожую на цветок с четырьмя лепестками, полную острых длинных зубов, и ревела. Тудор стоял неподвижно, смотря на монстра во все глаза - он не мог пошевелиться и оторвать от него взгляд, но понимал, что стоять на месте нельзя. У чудовища не было глаз, но это не означает, что оно слепо. А значит, скоро оно должно было его заметить.
Но, Чеботару будто бы пригвоздило к месту - смотря на то, как вокруг гигантской, рычащей твари с чудовищной пастью вьются щупальца-ураганы, он испытывал тот самый парализующий ужас, лишающий способности думать и действовать, и оставляя человеку лишь наблюдать за тем, что должно было произойти. Монстр издал очередной рык. Мигнула красная молния - запахло чем-тов роде жженой мокрой древесины, дымом и гнилью. Тудор  медленно сделал шаг назад. Существо повернуло в его сторону безглазую вытянутую голову, и Чеботару понял - оно его  заметило. Скользкие лианы, похожие на увеличенные в десятки раз вены и капилляры, покрывавшие плотной сеткой землю и надгробия, пришли в движение, а с неба, со стороны монстра, на Тудора начали быстро лететь огромные сотканные из дыма и пыли щупальца...

Тудор резко открыл глаза и подскочил от резкого звука, налетев при этом на стоявшего рядом с ним Реддла - на всё кладбище раздался пронзительный вопль потревоженной могилы Марии Щербан, которую он зачаровал около часа назад. Несколько секунд Чеботару понадобилось на осознание перехода из состояния сна обратно, в бодрствование. Тряхнув головой и повернувшись в сторону диких криков фантома, и уловив, помимо них, ответные возгласы, Тудор, мгновенно взбодрившись, схватил англичанина за рукав, и неожиданно быстро направился к склепу, бесцеремонно таща Тома за собой, и прикрывая рот, растянувшийся в непроизвольной улыбке - его всегда веселила реакция людей, наткнувшихся на "его" могилы.
- Шевелись, скоро они сообразят, как загнать её обратно и придут сюда, - с налётом задорной веселости быстро проговорил Тудор, отпустив на полпути Реддла, но продолжая спешить в направлении портала. Остатки кошмара быстро выветривались из головы Чеботару, но накопившийся за его время адреналин выплескивался наружу, наполняя мага неожиданной быстротой и безосновательным необоснованным весельем. Прежняя нервозность сменилась возбужденностью, и желанием активно действовать, болтать и смеяться.
- Они каждый раз так смешно начинают паниковать, когда их видят, слышишь? - со сдерживаемым смехом проговорил Чеботару. - Вообще ничему не учатся, каждый раз как в первый...жаль, нельзя посмотреть на их лица, когда она только вылезла из могилы - это должно было быть бесценно!
Тудор коротко рассмеялся, улыбаясь как ребёнок при виде любимых сладостей, но смех его оборвался так же резко, как и начался.
- Ладно, уходим отсюда, - бросил он, нагибаясь и входя в склеп.

Отредактировано Tudor Chebotaru (28 ноября, 2017г. 21:13)

0

18

[indent] Том как-то даже... замялся, что ли. Ибо вакханалия. То, что происходило - вакханалия, да, и не имелось во всём мире более подходившего определения для того, чтобы описать наблюдавшегося в голове Тудора.
[indent] Реддл видел много странных людей, сам не относился к предсказуемым и типичным, но обычно то, что он встречал - оно было точечным, никак не сложным комплексом со своим шкафом в нём. В голове Чеботару - нечто. Британец много всякого-разного пробовал в жизни, включая ряд путающих мозг к драккловой матери ядов, но всё оно казалось полной чепухой в сравнении с кристально чистым и естественным в своих параноидальных картинах сознанием румына. Нездоровая фантазия Тудора, выстрелившая вот прямо так, без полноценного стимулятора, по ходу дела и не только в черепушке. Среди всей этой неразберихи можно было, с силу опыта и потливости Тома по нахождению в чужом сознании, сделать некие выводы касательно чувствительности румына к ментальной магии или легилименции, но на том всё. Британец мог бы понять большее, проникнуть глубже, но если честно, не был уверен, что стоило рисковать. Может, вспыхнет пассивная агрессия, может он "заразится", может немного оторвется от реальности, уйдя с головой в трактовку психоделичных, но непременно откуда-то взявшихся лиц. Даже решил не испытывать судьбу, выясняя, что же за безглазое чудище...
[indent] А потом ещё шум, крик, в момент ожившее кладбище. Том шире раскрыл глаза, скривив одну бровь. Вот это да. Вот это он скучно жил в своих экспериментах прежде. Спокойно, структурировано, целенаправленно. И сколько человеческих состоящий при этом ещё не видел! Что с ним делить - дай Мерлин знать, но любопытно. Им даже в некоторой степени действительно овладело данное подвижное явление. И оно же ощущалось забавой. Почти забытой, стертой в серьезности мироощущения Наследника.
[indent] - ... необычное хобби, - только и выдал как-то почти невнятно на духу, когда в него буквально врезалась худая тушка Тудора со всем содержимым его черепушки, а там и в сопровождении истошного крика. Не только мертвеца, важно отметить. В Чеботару наблюдались признаки какой-то формы унылой психопатии. Надо же, какой Реддл счастливчик на знакомства!.. Бхмн В таких условиях даже тянуть не хотелось. В самом деле: скорее покинуть бы это место, где хоть что будет ровнее, понятнее, в традиционном смысле рациональнее. Путаться Реддл не любил, а, похоже, первое время придётся. Хорошо. Эту мысль он выдвинул на первый план, даже почти без скрипа и внутреннего сопротивления. Справедливо.
[indent] Последовал за румыном в полу-разваленный склеп. Портал, и вот они по другую сторону. Тихую, без криков и столь же тёмную, как и на том "конце" кладбища.
[indent] - Как ещё с усопшими развлекаешься? Ты в этом, похоже, не без опыта, - отметил волшебник без злобы и даже с некоторым интересом. Про Тудора совершенно понятно: ожидать от него можно чего угодно. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0

19

Когда они оказались на противоположной стороне портала, Чеботару быстро вылетел из арки прохода на дорогу, едва не подпрыгивая от охватившего его нервного возбуждения - его буквально всего трясло, и он не знал, куда себя деть; ему хотелось метаться, идти или бежать - в общем делать что угодно, лишь бы находиться в постоянном движении. Глаза его были широко распахнуты, на лице - выражение какой-то детской непосредственной радости; медлительные, чуть неуверенные жесты сменились дерганными и порывистыми, и в них прослеживалась какая-то лихорадочная нервозность. Создавалось впечатление, что до этого Тудор "спал", а теперь пришел в себя, и все копившиеся силы, напряжение и бодрость хлынули наружу.
- Цепеша мне в прабабушки, как же я люблю авроров и неравнодушных - они такие милые, - продолжало нести Чеботару. - Хотя нет, не надо, а то вдруг действительно найдется какой-нибудь пра-Цепеш, не люблю трансильванцев, нет, - тут же резко переменился он, брезгливо отмахиваясь и хмурясь, но быстро вернулся к прежней веселой воодушевленности. - Они постоянно на них натыкаются, то ли им нравится изображать маггловских экзарцистов, то ли они постоянно отправляют в патрули новеньких на боевое крещение... как один русский-северянин как-то раз шутил про то, что в их суровых землях чтобы доказать, что ты стал мужчиной, нужно вернуться с ритуальной охоты в шкуре белуги... И главное - никто так и не начала за ранее пытаться проверять подозрительные могилы издали, хотя я ведь постоянно выбираю однотипные, и сам это вижу, но нет, зачем, а ведь это просто орущие фантомы, они безобидные по сути своей... Но, морой побери, как же это забавно!
Тудор рассмеялся неровным придушенным скачущим смехом и радостно хлопнул в ладоши, после чего развел руки в широком жесте и взмахнул ими от наплыва переполняющих его эмоций. В порыве, он подошел к стоявшему рядом с ним англичанину ещё ближе, и в порыве прилившего дружелюбия хотел было до него как-то дотронуться, но передумал и уже едва подавшись вперед резко отошел на пару шагов. Кажется, медленно, но верно, дошедшая до своеобразного пика нервозность начинала угасать.
— Как ещё с усопшими развлекаешься? Ты в этом, похоже, не без опыта,
- Ты ведь в курсе насколько двусмысленно звучит эта фраза, да? - с уже относительно спокойным выражением лица спросил Тудор, полуприкрыв глаза и иронично приподняв брови, но быстро осекшись. Отпускали маниакальные приступы Чеботару всегда быстрее и резче, чем наступали - перемена происходила молниеносно, буквально в течении нескольких секунд он "засыпал" обратно. Напряженность уходила из тела, и он снова начинал расслабленно слегка сутулиться, речь возвращалась к обычному темпу и становилась тише. На него резко начинала наваливаться усталость - будто кто-то резко перекрыл некий воображаемый кран, перекрыв Тудору доступ к его же энергии.
- Смотря что считать развлечением - тут толком даже не в усопших дело, - ответил Чеботару, отворачиваясь от Реддла и начиная двигаться по дороге в сторону низких каменных домов, стоящих здесь ещё наверное со времён, когда Тимишоара был Темешваром. - Вообще, чаще я с ними  всё-таки работаю.
- И это даже не труп был, - пояснил Тудор, слегка поворачивая голову в сторону англичанина. - А просто одноразовый телесный фантом, зачарованный таким образом, чтобы при приближении посторонних выпрыгивать из надгробья и истошно орать... В общем - это так, блажь моя, не обращай внимания.
- Да, ты, кажется что-то спрашивал до того как заснул? - обратился он, поворачивая голову так, чтобы смотреть англичанину в лицо. - После приступов я немного туго соображаю - ты не мог бы повторить вопрос? Кажется, там было что-то о душах, их различии у людей и животных, и о сознании?

Отредактировано Tudor Chebotaru (2 декабря, 2017г. 01:20)

0

20

[indent] Том не был полноценным эмпатом, ценителем (как и лекарем) психической натуры человека, по большей части, тоже, и оно вряд ли когда бы то ни было изменится. И оно же не давало британцу ни желания становиться ментальным целителем, ни перенимать чужие отклонения, чтобы в них разобраться. Определить причину, опасность для себя или дела, подобрать алгоритм поведения и переждать - решение именем Тома Реддла, и следовал ему волшебник беспрекословно. Исходя из поведения и мироощущения сегодняшнего собеседника (слово не самое подходившее, но давайте будем честны, так или иначе диалог всё-таки происходил), иные подходы сейчас изобретать не стоило. Быть может, как раз те самые элементы подбитого у Наследника инстинкта самосохранения.
[indent] Потому сие Том и делал: наблюдал. Фонтан жизни, нестабильный, но самобытный и куда более естественный, чем Реддл в своём взаимодействии с миром, другими, даже Тудором. Британец не мог сказать, что был очарован или воодушевлён тем, что наблюдал, но это определённо стоило того, чтобы увидеть. Поток, дракклы дери, с перебоями и кучей деталей, которые волшебник отмечал и запоминал. Один румын даже в моменты сонливости покрывал их обоих в плане выплеска ауры жизни в воздух, что едва ли было доступно Тому даже на пике его энергичности. Это ощущение вне простой физики, а нечто внутреннее, едва ли вообще объяснимое. Голова могла закружиться от такого натиска на вечную мерзлоту Реддла, и ведь действительно почти закружилась.
[indent] - Они то ли слишком тупы, то ли им самим нравится. Не отрицаю и обоих вариантов одновременно, - невозмутимо выдал, контрастом не ярким, но в крайней степени выразительным.
[indent] Юноша поправил челку, выбившуюся в недолгом беге. Осмотрелся неторопливо, хотя основное внимание было сконцентрировано на слухе. Реддл обдумывал то, что озвучивал румын в который раз сменившейся интонацией. То, что лежало не на поверхности. Не о развлечениях или аврорах речь, а о навыках. О том, что Чеботару находил для себя простым, "всего-лишь", а, следовательно, далеко не пределом. Том слышал, что об этом человеке ещё в школе говорили что-то про гениальность, и кому, как не Наследнику Салазара Слизерина, лучшему ученику за как минимум этот век, разглядывать истинность или мишуру подобных заявлений? За словами, за мозаичной структурой сознания, смешавшейся с традиционным для Тома ниточным видением чужого нутра. Что во всём этом анализе оставалось актуальным вопросом, или, скорее, задачей - это правильно вытянуть из Тудора знания, зацепиться и раскрутить его на дальнейшее взаимодействие. А поскольку личность подобного типа, хоть и не сложную по натуре, он встречал впервые, имея при этом некоторые языковые проблемы, точного подхода волшебник пока не выработал. Он гениален в магии, в мотивации, в чём угодно, но элементарно слишком молод для совершенного владения тем, что лежало вне магии и его головы, раскинувшись за пределами ограниченных стен школы. Тудор как вызов сему навыку? Возможно. Эта мысль ему всё равно не понравилась, высокая (не на пустом месте) самооценка требовала перефразировать, но делать этого британец не стал. В конце-то концов, Чеботару тоже имел со взаимодействием некоторые проблемы.
[indent] - Всё это - шалости, но ведь не ими ты занимаешь себя. Да и не звучишь как тот, кто ограничивался бы подобным, - произнёс между делом, а затем остановил взгляд на румыне. - Разумеется, повторю, - понимая, с кем именно имел дело, британец даже не разозлился, не раздражался. Он, в конце-то концов, сам имел собственные приветы. - Чем, в случае озвученного тобой, считаются животные, магические твари, полу-разумные существа, которые, так или иначе, обладают элементами или полным самосознанием, ментальной приспособляемостью и, как говорят многие магозоологи, упрощённой формой души? Может ли она, душа, быть вне людей, и если нет, то чем тогда называется их физическое функционирование, - и именно потому, что имел приветы, без всяких проблем воспроизвёл озвученное. Точно. Дословно. Ни в лице, ни в голосе при этом не меняясь. Две мрачные фигуры: одна припадочная, вторая статичная. И эдакая аура понимания, что никто из них не соотносился с нормальностью. Кладбище, а там и небольшие домишки как бы дополняли. [AVA]http://s4.uploads.ru/b53NB.jpg[/AVA]

0


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » ПРОШЛОЕ » Каждого на кладбище приводит своя история [27.07.1950]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC