1111 11111 111111111 111111 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, приложив к этому совместные усилия? Мы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события, которые, казалось бы, за семь лет уже выработали курс, гласящий: «Лишь бы не было войны».


2222 2222 22222222 2 22 22222 2222 2222 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, приложив к этому совместные усилия? Smiley faceМы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события, которые, казалось бы, за семь лет уже выработали курс, гласящий: «Лишь бы не было войны».




333 333 3333333333 3 3333 33333 333 333333 333 333333 33 33 3 3 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, Smiley face приложив к этому совместные усилия? Мы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события, которые, казалось бы, за семь лет уже выработали курс, гласящий: «Лишь бы не было войны».

Smiley face Smiley face Smiley face Smiley face



555 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, приложив к этому совместные усилия? Мы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события.

Smiley face Smiley face

Magic Europe: Sommes-nous libres?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » ИГРОВОЙ АРХИВ » Эстетичная смерть внутри


Эстетичная смерть внутри

Сообщений 21 страница 40 из 49

21

[indent] Том медным и звенящим в ушах от удара (не его) отлил для себя все истины: Малфой Должен был понять, а Гестия знала, что супруг обратится к Реддлу. Второе ещё вчера зародилось в голове, но с каждой минутой размышлений, как казалось британцу, всё набухало, укреплялось и росло. Нет, Гестия, пожелай просто проучить мужа, прокляла бы его иначе. Но она была достаточно умной, супруга своего знала слишком хорошо, потому убила сразу всех зайцев. Мужу это только предстояло понять, а Том вот уже. Сам Абраксас бы завалил её письмами с просьбой простить и обещаниями измениться, но ведь этого бы не настало, он бы так и застрял в нынешнем теле, пока не свыкся, понимаете? Том, в отличие от своих приятелей-аристократов и общества в целом, к женщинам относился по большей части также, как и к мужчинам, видя разницу разве что в части воспроизведения потомства и этикета. Но не Малфой. И, дракклы дери, в этом же был смысл, понимаете?
[indent] Вот и Том, глядя на женщину, что была его верным приятелем и соратником, тоже понимал. Очень многое. И слишком многое. И всё это знали бы вы как ему не нравилось. Потому что чем дальше, тем больше мысли походили на то, как Абраксас обычно с женщинами обращался. Вернее, что с ними делал. В данном случае: логическая и следственная связь. И в ней сходилось всё, кроме того, что леди Малфой - это Абраксас, а Реддл - это Том, с которым первый семь лет спал в одной спальне, издевался над одними и теми же грязнокровками и которому рассказывал о своих похождениях. Не разрыв шаблона, но очень нелицеприятный его выворот, в общем-то. Для Малфоя. Если бые все внутренне были такими же «вижу цель, не вижу преград» как Реддл, то достигать поставленных задач стало бы гораздо проще. Тогда, впрочем, и ситуацией подобных не наступало бы в принципе.
[indent] Первый урок, впрочем, Абраксас явно усвоил, пережив на себе: женщины тоже люди и их стоит ценить. Кое-что в нём уже изменилось. Вот только поможет ли это преодолеть его дурную зависимость от женских тел, которые, от части, должны были стать для него даже более интересными отныне? Реддл так не думал.
[indent] Он мимолётно покосился на рамку с фотографией на столе, про себя беззвучно хмыкнул, невесело и как-то даже иронично, хоть оно ни на лице, ни на чём бы то ни было ещё не отразилось. А после снова уставился на блондину. В её глазах надежда, печаль, много чего ещё. В его - непонятно, было ли вообще что-то или же они втягивают всё из внешнего мира. Светлое в темноту.
[indent] - Гестия очень ценит свою семью и желает, чтобы это понятие не было пустой формальностью, - Реддл убрал вторую руку от лица и выпрямил спину, моргнул, взгляда от блондинки не увёл. - Чтобы супруг был супругом, её мужем, а жена находилась за мужем.
[indent] Сознание напомнило ему, что Абраксас никогда не был женщиной, а потому сейчас особенно нервная, нестабильная, пугливая. И каблуки, какие-никакие. И ногти. И трость. Нет, даже дела ради её трогать пока не стоит. И нет, подобные циничные рассуждения на фоне страдающего человека, да ещё и верящего в Тома, ничуть брюнета не смущали. У него попросили помощи - он её оказывал. Не его вина, что на пути имелись некоторые (преимущественно эмоциональные со стороны Малфоя) сложности. А отпаивать Абраксию успокоительным... да бросьте, вот это уже даже для Реддла несусветица!
[indent] - Мне нужен пергамент. Я воспроизведу на нём формулу, а ты напишешь письмо, - то ли успокаивающе, то ли в подтверждение того, что всё в порядке, положил руку на сложенные на коленях руки блондинки. - И алкоголь, покрепче бы. Даже я, похоже, разнервничался, - юноша приподнял кончики губ в лёгкой, едва читаемой улыбке. - Мы решим это, не переживай. [AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+1

22

[indent] Она посмотрела вниз на то, как он накрыл ее руку своей, посидела так не шелохнувшись пару секунд, а затем пожала его пальцы в мягкости своей ладони и отпустила, взглянув в его лицо и улыбку. Сказать по правде, в этот момент Абраксию охватил преждевременный оптимизм. Ей не хотелось вспоминать о том, что столь счастливые штрихи мимики Реддла как правило сопровождали весьма своеобразные мысли и намерения, она хотела слепо верить этой улыбке и трактовать в унисон со своими желаниями – Том поможет, Том обязательно вернет ей ее прежнюю половую принадлежность.
[indent] - Да, сейчас принесу, - покорно сказала Малфой, даже мило улыбнулась ему в ответ и вышла из гостиной по направлению в кабинет. Там, склонившись над тяжелым столом из ценной породы дерева, она выдвинула ящик, взяла ровный чистый пергамент и придвинула поближе чернильницу с длинным белоснежным пером, которым еще недавно писала утром ответы по служебным делам. Но прежде чем сесть и написать проникновенное, искреннее письмо для Гестии, Абраксия легонько стукнула тростью о пол. Материализовавшийся домовик в клетчатой тряпице шаркнул ножкой и навострил уши для хозяйских распоряжений.
[indent] - Самый лучший бренди, одну… Нет, лучше две бутылки. И закуску. Все подай гостиную и передай, что я скоро спущусь.
Эльф кивнул и исчез, оставив госпожу одной, заниматься своими делами.
[indent] «Ma douce.
Cela fait 5 ans que nous sommes mariés et je pourrais plus jamais imaginer ma vie sans toi. Je te regarde, tu es totalement différente de toutes les autres. Je suis le plus heureux des hommes depuis que tu es entrée dans ma vie. Ton amour est un mystère que j’explore sans repère. Toi seul, par ta présence, m’a donné une réelle raison de vivre. Veuillez m’excuser.
Je voulais de dire dans cette lettre combien tu comptes pour moi.
Мне жаль. Я наказан тобой справедливо. Прости меня за всю ту боль, что причинил тебе».
Он как абсолютно черное тело, поглощающее все лучи ее любви, ни единого не отражая и не преломляя. Гигантская пиявка, которая всасывает ее светлые и искренние чувства, пока не разбухнет и не отвалится, чтобы переварить ее и превратить в эгоизм. Наверное, другие, если они хотят быть счастливыми, они не стесняются бросать таких, как он, в самом грустном, постыдном и поучительном одиночестве и отправляются искать свое счастье. Они верят, что, пока живы, у них всегда остается еще одна попытка. И только она всю жизнь мучилась с ним какой-то призрачной надеждой, хотя он не переставал разочаровывать ее, пока в один день она не выдержала.
[indent] Абраксия, прикусив нижнюю губу, поглядела за тем, как мгновенно подсохли чернила, поставила напоследок в нижнем углу свой росчерк с заглавной М и отправилась обратно к Реддлу. Там, в гостиной уже чувствовался крепкий и пряный аромат выпивки и еще чего-то цитрусового. Абраксия подошла к другу, отдала ему пергамент, не скрывая и не тая от него тех слов, что обращала к жене. С тихим стуком поставила чернильницу на низкий кофейный столик между двумя бутылками и отошла к окну. Стройный силуэт замер, вглядываясь из-за занавески в узорно-разбитый сад. Она молча стояла, пока Том выводил формулу, задумчивая, представляла как где-то там жена откроет письмо, представляла как станет разворачивать, как станет читать и какое лицо будет у нее при этом... Абраксия стояла так пару минут, а после, сморгнув думы, направилась обратно к Тому. Подошла сзади, заглядывая из-за плеча. Тонкими пленными руками облокотилась на широкие плечи Наследника, наклонилась вперед, чтобы рассмотреть узор пентаграммы, прижимаясь к его лопаткам всей требовательной полнотой груди и чувствуя знакомый запах его волос, знакомый еще с соседней подушки этой ночью.
[indent] - Все готово? - слишком гулко для полного голоса и потому блондинка нетерпеливо шепчет, дыханием выписывая у Реддла на коже вопрос за вопросом. - Может, расскажешь, наконец, в чем заключается вторая часть ритуала кроме письма?

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9549203.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (17 июля, 2017г. 20:09)

+1

23

[indent] Пока Абраксия была у себя и писала письмо, Том успел выпить. Не то чтобы с горя, не то чтобы он вообще любил алкоголь, но... надо было. Просто чтобы чуть ослабить ум, расслабить хватку рационализма, отпустить разум. Хоть куда-то, хоть к соседней калитке. К спиртным напиткам и всем, что с ними связано, Реддл относился исключительно как к средству, как иногда необходимой части ритуала: «Надо выпить? Конечно (смотрите, я всё-таки человек, не сомневайтесь и верьте мне). Не надо пить? Извольте, откажусь». Здесь же, сейчас же... Когда не хватает слов, то, может, на их месте найдётся что-то ещё.
[indent] По крайней мере, когда на столике появилась первая бутылка, а затем и вторая (вместе с бокалами), Реддл мрачно и с лицом человека, который присутствует на празднике жизни, но даже не на похоронах, потянулся за одной и отпил, по ощущениям, около полутора стаканов залпом. Домовик проследил с явным удивлением - едва ли часто видел вне стаканов и Малфоев, но, словив тяжелый, полный безысходности и поиска (чего-то нематериального) взгляд Реддла, молча в момент испарился.
[indent] Блондинка писала письмо, судя по всему, вечность. Оно и понять: подобрать слова, написать своим отточенным художественным почерком, все дела. И хорошо. Потому что Том уже и из стакана выпил, а после, когда третий в него ну никак лезть не захотел (вы помните: не по любви, а по необходимости), отставил пока и вовсе. Откинулся на спинку, уставился в потолок и принялся ждать. Как показалось - вечность; целую вечность, пока обжигало и грело одновременно горло и всё внутри.
[indent] Он среагировал на стук каблуков, на этот раз, видимо, с более широкой основой, если верить звукам. Повернул голову, всё также закинутую назад, в сторону прохода. Когда Малфой приблизилась, то снова выпрямился, взял письмо. Пробежался по нему поверхностно. Отметил, что текст весьма эгоистичный, если откинуть красивые слова, от части даже шаблонный. Несколько раз, когда очень нужно было для дела, британец выдавал что-то похоже, хоть и немногим более сухое. Нет, такое не пойдёт, это слишком слабо. Гестия, провернувшая вот это всё, по женски явно ждала большего; того, что раньше ей не говорил, с иным уклоном. Так-то Реддл вполне верил, что Абраксас и без того неравнодушен к своей жене. Он это знал, она это знала, все это знали, а имели всё равно то, что имели. Но ладно. Письмо, конечно же, Том зачарует, как и говорил прежде, хоть сейчас, когда сознание успело отдохнуть и немного развязаться, и испытывал немало скепсиса по данному поводу. Всё, лишь бы женщина не скулила и не раздражала. Ай, подождите, что это? Наследник сам себе покачал головой, мол, лишняя мысль. Уложил пергамент прямо перед собой на столике, а сам принялся рисовать в воздухе пентаграммы. Сложные, мудрёные, разных цветов. Точно также - перед собой. Нарисовал - захлопнул в письмо напротив. Новый слой - снова захлопнул. Он не торопился, собрав всю свою концентрацию и откинув все мысли, которые не касались формулы. Это у него получалось всегда, с недавних пор даже при не слишком убойном упорине (э - эксперименты).
[indent] - Есть, - хрипловато негромко выдал, захлопнув последний слой. В воздухе осталось слабое свечение, которое, впрочем, за несколько секунд полностью рассеялось, не оставив и следа. Словно бы не было никакой магии: письмо как письмо, Реддл как Реддл, Малфой как Малфой. К слову о... ней. Юноша покосился на неё, не поворачивая головы. Затем на письмо. Несколько секунду фокусировки и воспоминаний о том, что у него спросили. А, да, точно. Это самое. Бхмн. Кхмн. Мда.
[indent] Секунда-две паузы, хотя в голове даже выпившего Тома времени прошло вечности три, не меньше. Он знал женскую натуру, по крайней мере схематично и биологически, потому мог бы сказать, что делать и что говорить. Однако, он никогда не сталкивался с женщиной, которая на самом деле мужчина, который при этом ему даже близок, но при этом скатывается в женщину. Здесь сходились и А, и В, и С, и вообще вся азбука одновременно, потому прогнозы делать Реддл не торопился. Даже на свой счёт, не говоря уже о Малфое.
[indent] Трость не под рукой, каблуки вне зоны доступа, потенциально пострадать может только щек... Подождите, серьёзно? Нет, это Том уже прошёл. Не зная, так и не придумав, как высказать свои предположения (предположения, понимаете?), волшебник перехватил руку Абраксии и повернулся. Потянул её к себе и поцеловал.
[indent]  У него выработалось три основных сценария, разновидности которых неважны - исходы всё равно одинаковы. Однако же, какой бы из них не случился, Малфой как минимум обнаружит в себе то, чего ранее в своём новом теле ей испытывать не приходилось. А если даже где-то краем неосознанного и приходилось, то сейчас - держите. А может даже целый ворох нового, а не одно скромное. Таков будет результат. Оно в любом случае заставит Абраксию задуматься о многом. [AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+1

24

[indent] Предвосхищая возможный протест, который само собой мог бы быть и еще предстоял, ее ухватили за руку и привлекли ближе с обезоруживающей прямотой. Она даже ничего не поняла до того как случилось… то, что случилось. Его поцелуй прижигал губы и тлел влажным следом на напряженных, подрагивающих губах блондинки. От него пахло бренди и странной решительной целеустремленностью. Абраксия почему-то перестала дышать, пока мозг отказывался как-либо идентифицировать и комментировать происходящее, только в миг краска бросилась в лицо, и она покраснела как маков цвет. Ее свободная рука метнулась было оттолкнуть нахала от себя, но осела тревожной тенью поверх предплечья, не решаясь остановить. Острый контур лопаток взрезал четким очерком кожу спины, и напряженные плечи потянулись выше, Абраксия ссутулилась, будто пытаясь сжаться клубком. Пользуясь возможностью, пока друг и школьный товарищ ослабил хватку на руках и отлип от ее губ, Абраксия подорвалась с места. Пожалуй, слишком поспешно чем того требовало приличие, но не иначе, чем желало того, словно скрученное нервной пружиной, тело. Малфой перевела дух за пару глотков прохладного воздуха, который, казалось, сгущался в этой гостиной, постепенно превращаясь в неосязаемую патоку с нотками ароматного, крепкого бренди и легкого помешательства на двоих. Прикрывая губы ладонью, а затем быстрым коротким движением отирая их, Абраксия не спускала глаз с гостя. Молчала. Медлила. А затем, в два шага стремительно вернувшись к нему, размахнулась этой же рукой и залепила ему звонкую пощечину. Ладонь обожгло от хлесткого удара.
[indent] - Что…что это значит?! Что ты себе позволяешь?!
[indent] Немного помедлив и помявшись, прежде чем сесть обратно, она все же опустилась на мягкую обивку и выцепив початую бутылку, плеснула его в стакан на два пальца. Залпом опрокинув стакан Абраксия поморщилась, тут же обновляя порцию. Алкоголь прожег глотку терпким послевкусием, смывая с губ ощущения поцелуя, так щедро подаренного "дружескими" губами. Выпитое залпом, казалось и вовсе не повлияло на нее, голова осталась ясной, но хватка вокруг стакана, до того напряженно нервная, излишне цепкая, стала мягче и дрожь понемногу отпускала пальцы. По сравнению с телосложением Абраксаса, Абраксия была меньше, изящнее и стройнее. Она еще не знала, что то количество алкоголя, что стойко выносил мужчина не в одном глазу, для женщины могла быть ударной. Но пока действие еще не подлетело к макушке, она на старых привычках попыталась залить чудовищную обескураженность, охватившую ее от поступка Тома. В голове, в мировосприятии не укладывалось, что он-она только тянула  поцелуй с Томом Реддлом, попробовала на вкус лордские губы, ошарашенно запомнив терпкий привкус алкоголя на них и мягкость тонких усов, впервые целуясь в этом женском теле и впервые целуясь с мужчиной. С мужчиной, о, Мерлин! – истошно вопило ошпаренное новостью сознание.
[indent] - Том, я попросила тебя о помощи, а ты… Что. Это. Было? - Абраксия механическим линейным движением тихо налила в стакан еще. Молча поставила бутылку. С тяжелым взглядом поднесла ко рту порцию бренди. Не сводя напряженных глаз с Тома, душераздирающе хлебнула пару глотков, прикрывая половину лица бокалом. Сей взгляд, которым одарила его хозяйка дома, был таким концентрированным, что в переводе с единиц духа на физические равнялся бы удару оглушающего заклинания по затылку, или падением сейфа со всем золотым запасом Гринготтса. Оставалось только хмуро выжидать от него объяснений. И уже ей было даже не стыдно за пощечину самому Наследнику Салазара.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9549203.jpg[/AVA]

+1

25

[indent] Сработал первый  сценарий. Похоже, женщин Том всё-таки понимал, или физиология да механика у них одинаковая. Даже (и особенно) если женщина на самом деле немного мужчина.
[indent] Признаться честно, Реддл не обиделся. Просто потому,  что сам завернул ситуацию подобным образом и подвёл к ней сам, нарочно и сознательно.  Даже почти не оскорбился  и почти не разозлился. Почти - потому что очевидно, что ненормальным,  но всё-таки  человеком  Наследник являлся. Хотя и потому, что ненормальным  - тоже. Взгляд, реакция, хлопок.  Снова реакция, снова взгляд.
[indent] Реддл беззвучно фыркнул и потер щеку, коснувшись  её.  Пекло, жгло,  неприятно. Не то чтобы Тому  часто давали пощечины. Не то чтобы он к ним привык. Даже пусть и спланированной и почти нарочно спровоцированной. Он ещё  раз недовольно вздохнул про себя, но не взорвался, промолчал,  вытерпел,  снова переступил через себя. Зачем?  Потому что Малфой  - будущее волшебного мира. Так правильно, насколько  бы неправильно  оно бы не выглядело.
[indent] Сначала на женщину не смотрел, а после перевел на неё  взгляд.  Да, немного выпивший, но столь же прямой. Без стыда или вроде того. Хотя извиниться,  признаться, очень хотелось. Даже хотелось. Невиданая  редкость для Наследника  Салазара Слизерина, не находите?  А всё  потому, что специфические отношения, доверие, иерархия,  понимание  Абраксаса  и вот это всё.  Даже после выпитого Реддлу при всём  его прагматичном  восприятии ситуации было неловко.  Потому что не к таким отношениям они привыкли,  не так должно было быть. Положено иначе. А всё-таки,  выкручиваться надо было, как и хоть чем-то разрешить историю с проклятьем. Что же, британец попытается.
[indent] - Я подумал,  неожиданно для себя, что... это любопытно.  Ты сам посмотри: когда бы ещё  я мог бы сделать так. Да хоть подумать. А ты - испытать. Вообще... Это... мне кажется, что оно в каком-то смысле приблизило тебя к Гестии.  Может, в письме она ждёт  чего-то, чего она не знает. Чего ты не знаешь. Чего она не видела,  но чего иначе ты бы не понял, - честно признался Реддл,  иных слов не найдя. Провёл  рукой по щеке и отвел взгляд от блондинки,  опустил в его в пол. - Прости, - негромко  выдал всё-таки. Без стыда, надрыва и по факту. Но всё-таки выдал, всё-таки  извинился. И замолчал. Не краснея,  не нервничал, не шумел,  не ударялся в эмоции. Ладно. Хотя бы что-то Малфой, да уловил. От части в том и смысл. Если только не учитывать, что поцелуй нес  в себе желание, признавать которое раньше не было ни повода, ни возможности.  Сейчас - идеально и то, и другое.  Наследник  фыркнул, даже не беззвучно, и провёл  рукой по едва припушней щеке. Какой абсурд.  Какая глупость.
[indent] - Можешь попробовать отправить письмо, - без всякого оттенка в голосе просто дополнил то, что повисло  в воздухе. [AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+1

26

[indent] -Ты хотел так помочь мне или тебе хотелось именно этого?
[indent] Малфой и сама не верила, что говорила это и может не вполне понимала о чем именно только что решилась спросить. Сколько уже, третья или четвертая порция спасения от памяти? Она уже перестала пить, но все равно сбилась со счету, вновь стискивая стакан в руках и глядя как недопитое вязким янтарем колыхалась в стакане.  Но как же мало этого было для того кто хотел бы потерять себя, опьянеть не до мягкости жестов, плавных движений и чуть вялых речей, а как подросток, упиться быстро и основательно, до отчаянно веселого беспамятства, напиться до веселых дракклов в глазах. Но пока тот, что был рядом, кто умудрился в один миг сбить с толку, сейчас он был более реален, чем вся эфемерная нечисть. Реальным, осязаемым и звучным, с теплыми ладонями и губами. Теперь понимала его усмешку и просьбу спиртного.
[indent] - Никогда не ощущала подобного. – Пробормотала она, все еще ощущая как к щекам приливает румянец, она вряд ли помнила, когда последний раз могла так краснеть от смущения, злости и еще непонятно отчего. (Сегодня утром?) - Это…странно. – И это она еще по-женски мягко выразилась. Абраксия поставила бокал на стол и впилась пальцами в ткань подола платья и чуть смяла его просто из желания чем-то занять руки, отвлечься, сделать что угодно, пока все еще приходила в осознание шокирующего момента. - Я ведь никогда не… Тебе понравилось? – Блондинка хмурится, почти шепчет и как только слышит саму себя, хочет поднести трость к виску и добавить непростительное заклятие. Это, очевидно, бренди пожелало бить в голову, как казалось Браксу, будто напряжение, которым держала себя он-она, позволяло расслабиться, пропуская опьянение в разум. Зачем она это спросила? Чего ждет в ответ? Абраксия медленно прикрыла глаза и глубоко вздохнула.
[indent] - Можешь не отвечать. Нам лучше забыть об этом, верно? - Теплые чужие касания воспоминаниями зародили холодок где-то под лопаткой, который тут же пробежал по всему телу легкой вереницей мурашек, оседая в дрогнувших пальцах. – Ты меня тоже прости. За пощечину. - Плечи блондинки поднялись выше, напряженные мышцы шеи гудели, Малфой чувствовала себя в чудовищном смятении, когда придвинула к себе пергамент с письмом, только натужно сглатывая вставший в горле ком. Смотреть Реддлу в глаза казалось чем-то невозможным в природе и в принципе. Это смущение. Это стыд. Знакомы ли они были Абраксасу Малфою? Большие сомнения. Теперь же, они ударили его по лбу, заставляя испытывать совершенно новые чувства, и они были в высшей степени сложными, пробирая собой до нутра, оставляя мысли и ощущения как зацепки, как зарубки, оставляющие непроходящий след.
[indent] Она подхватила перо, склонилась над пергаментом и принялась его переписывать заново.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9549203.jpg[/AVA]

+1

27

[indent] Том сам себе отпустил ситуацию, потому что для него она была исчерпанной. Наверное. Но прошедшей - да; уже несколько минут как. Забыть: естественно. Здесь и сейчас, уже. Как оказалось, англичанин до сих пор способен испытывать дискомфорт. Физиологический, моральный, или, скорее, психологический - возымели место вчера, сегодня, сейчас. Оно и понятно, волшебник мёртв и пуст внутри, но не лишён элементов традиционного восприятия миро и того, что свойственно людям. Понимания также не лишён. Пришлось в этом снова убедиться. Неприятно или... или хорошо, что пришлось? Реддл не решил, да и в целом обдумывать не планировал. Чревато.
[indent] «Ещё бы ты ранее ощущал подобное», - отметил брюнет про себя, глядя всё также куда-то. Он, в общем-то, и сам подобного не испытывал. В какой-то степени ему даже не легче Малфоя: не блондин являлся Наследником Салазара Слизерина, был лишён единой души, одновременно обитая в пяти материальных вещах, да и не он должен был бесстрастно, верно и конкретно двигаться к поставленной великой цели - взять в свои руки изменение мира и возвращения его в положенное состояние.
[indent] Юноша молчал, а потом просто перевёл на блондинку взгляд, чуть насупив одну бровь даже в некоторой вопросительности. Нет, ему не послышалось, он в самом деле услышал то, что услышал? Да, Больше Малфою пить нельзя, да и вообще, такие вопросы нехорошие. Глупые. Конечно же Том хотел помочь, конечно же теперь собирался забыть (оставить в памяти как научный факт, не более), а если приятелю это вдруг всё-таки помогло - тем лучше, Реддл правда рассчитывал, что оно должно. Ну а то, ему было не противно, и вообще-то даже почти радостно (в глубине какой-то самой отбитой и извращённой части натуры британца) - оно пускай останется опущенным.
[indent] - Некоторые желания формируются в процессе, - как-то прострационно отметил юноша. Спокойно, ибо что поделть, бывает. Не хватало сейчас только разозлиться да добить своё настроение чем-то подобным. Просто поцелуй. Просто для дела. Просто почему бы не поцеловать женщину, пока Малфой стал таковой, и больше никогда не будет? Вопрос, на самом деле, прекрасно сочетался с другими. Логично следовал из. По крайнйе мере, так Реддлу казалось. - Понравилась. Можешь запомнить как техническую деталь и знать, что и так бывает, - он посмотрел на блондинку ещё несколько секунд, а после перевёл взгляд на бутылку. С неё - на письмо. А маги ямежду тем бывает безграничена, не всегда понятна дажее Наслденику, но между тем всегда работает. В том или ином виде. А забывать смысла не видел. И желания тоже.
[indent] Озвучено и оставлено, вероятно, там же. Забыто, если что-то вообще омжет забыться без магии или зелья.
[indent] - Было бы хуже, если бы её не последовало, - добавил он неторопливо и спокойно, успокаивая в глубинах себя то, что не слишком желало успокаиваться. Желало всего и сразу, за это же на себя раздражалось, и так по кругу. Словно в одном Томе было что-то ещё, помимо его пустоты да прагматизма. И оно червём пыталось извиваться, хоть и не имело полноценной для этого почвы.
[indent] Сначала Том думал выйти, врнувшись к себе в комнату, но затем передумал. Если Малфой принялась писать прямо здесь и сейчас, никуда не удалившись, то, наверное, ей нужна компания и наличие рядом Тома, мол, смотрите, она взялась переписывать. Ну, знаете, и ладно, был бы толк, как говорится. Может Реддл в этом полезен, хотя англичанин не слишком уверен. Не сейчас: его эгоцентризм в некотором замешательстве. Потому он лишь перевёл взгляд снова с бллондинки, что туда в какой-то момент вернулся к ней, на то, как та принялась выводить буквы. Брюнет не стремился разглядеть, что она псиала. Просто чуть пододвинуся ближе к женщине, чтобы не трять фокуса, и молчаливо смотрел на двигающееся перо в аккуратной мветлой руке, откинувшись на спинку и запрокинув на неё же одну руку. Ничего не выражая, тупо смотря в точку и будучи теперь даже не логически обоснованно мёртвым внутри. [AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+1

28

[indent] Абраксия слушала слова Тома не поднимая головы. Они звучали совсем по-Реддловски, сухо, конкретно, механически и в высшей степени оценивая все с рациональной точки зрения. Едва ли от него можно было ожидать иного. Разве что при этом оттенок этих слов был немного иной, или так только казалось впечатлительной женской натуре, как будто глубокий чёрный при определенном углу сверкал как драгоценный опал изменяя привычной непроницаемой матовости. Она не знала что ещё ответить на его слова. Когда алкоголь ударил в женскую голову и по стройному телу, вместо того чтобы на эмоциях выбалтывать вздор недостойный, она прикусила язык. Эмоции отхлынули как волна, но медленно, даже мучительно медленно и не было ничего лучше, чем обратить эти эмоции в слова той, которая этого так добивалась и по-честному заслуживала за все свои страдания. Острие небольшого белоснежного павлиньего пера кружевными завитками неслось по пергаменту. Слова лились подталкиваемые чувствами, они теснились в голове и на языке, стремились излиться проникновенной прозой. Может быть, никогда в жизни Абраксас Малфой больше не напишет таких слов. И уж точно никогда ранее не писал так ни одной женщине. Это письмо было симбиозом его нынешней натуры. Его исповедь и покаяние, прошитое пониманием как женщина женщине и выражаемое как муж жене.
[indent] - Это был жестокий урок, - тихо резюмирует она, в очередной раз легко макая перо в чернильницу. - Но полезный. - Тем временем, сквозь зашторенное окно гостиной раздался отрывистый тихий стук. Тишина. И снова - тук-тук-тук. Малфой не глядя наощупь взяла трость и махнула ей в сторону окна. Створка со щелчком распахнулась, ветер встрепал изумрудного цвета портьеры и из-за них с широким размахом крыльев влетел угольно-чёрный Пифон. Он сделал изящный вираж по гостиной и аккуратно приземлился на край столика, над которым склонившись сидела его хозяин-хозяйка. Желтые умные глаза-пуговицы уставились сначала на блондинку, затем филин коротко ухнул, наклонил голову набок и посмотрел на гостя. Один взмах крыльями, и Пифон опустился на плечо Тома. Когтистые лапы по кошачьи перебрали плечо, потоптались на нем, цепляя ткань его рубашки, филин вытянул голову приглашая почесать ему макушку. Как всякий член семьи Малфой филин был знаком с Реддлом, он частенько доставлял ему письма от друга, с доверчивостью питомца мог даваться в руки Тома как к еще одному члену семьи.
[indent] Закончив выводить животрепещущие признания и горючую обнаженную искренность для своей благоверной, Абраксия отложила перо и откинулась назад на спинку дивана. Неудобно, - наткнулась позади плечами на что-то выпуклое и слегка волосатое. Оказалось, устроилась прямо в руку Наследнику, Милорду, Величайшему, ну вы все помните. Поерзала чуть не зная что и думать, но вздрагивать как ошпаренная уже не стала. Они оба взрослые, состоявшиеся, они только что договорились забыть и вести себя как прежде. Значит надо действовать как ни в чем не бывало и больше не показывать своего смущения. Абраксия взяла со стола письмо и тонкими пальчиками принялась скручивать пергамент в трубочку. Простенькое заклинание запечатывает его сургучной печатью на котором виднеется отчетливый оттиск малфоевского герба. Пифон перебирается с плеча на голову Тома, мнёт лапками его чёрные вихры и наклоняясь маленьким гибким телом мягко прихватывает Наследника клювом за край уха. Малфой строго глядит на питомца, которому надлежит вести себя при гостях прилично и вытянуть вперёд лапу, чтобы принять письмо.
[indent] - Если она простит меня, возможно, завтра утром я уже стану собой. Значит, осталась только одна ночь. – Рассуждала она, привязывая письмо к лапе филина и не глядя в лицо Тома, как будто все еще ей требовалось набраться мужества, чтобы сделать это. - У тебя тут перышко, - протянув навстречу руку, Абраксия выпутала из его волос маленькое чёрное совиное перо и случайно провела вниз, щекоча им по его щеке. - Обещай, что все останется только между нами? – тихо спросила она, наконец, заглядывая в черный мрак его глаз.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9549203.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (21 июля, 2017г. 14:08)

+1

29

[indent] Том ничего не говорил и просто неизменно наблюдал за манилуляциями с письмом. За пальцами, за пером, за запястьем, за выводимым и становящимся всё более подробным и объёмным текстом. Не мешал, более ничего не говорил и даже думал словно бы беззвучно. Присутствовал рядом осязаемым призраком, следившим за процессом, но не стремящимся к взаимодействию. В этот раз у Малфоя должно выйти лучше. Если в своих мыслях и выводах он капнул достаточно глубоко, то этого должно быть достаточно. Остальное поймёт со временем, главное начать и запомнить, что бывает, если не думаешь о том образе жизни, который ведёшь. Теперь, быть может, больше так не будет. И хорошо бы.
[indent] Когда прилетел Пифон, предварительно облетев всё просторное помещение, Реддл не сразу обратил на него внимание. Только потом, когда Малфой скрутила письмо в трубочку, неторопливо перевёл взгляд на птицу. Таковая как-то изначально быстро прониклась к Наследнику, то ли по глупости, то ли по привычке, то ли потому, что чуйка. Ну или Том даже для животных и около того красавец, чего отрицать любой из вариантов? Когти чувствовались через ткань, надавливали на кожу, небольшой вес совершенно не тяжелый.
[indent] Птица совсем расслабилась на уютном (почти домашнем?) Наследнике и полезла ему на голову, словно бы он - скала и вершина, которую надо преодолеть. Том, впрочем, не против. Ему всё равно, а подобное поведение у птиц встретишь нечасто. Главное, что Пифон не царапал своими когтями лицо и шею, ибо если бы поцарапал - Малфою давно пришлось бы приобрести сбе новую приту по причине кончины старой. Ну, понимаете, да? Филин кое-что да чувствовал, по крайней мере жить (хоть и не явно) хотел. И симпатизировал брюнетам с глазами, если в них смотреть прямо, совсем не человеческими, потусторонними.
[indent] Пифон между тем начал наглеть, и Реддл в самом деле собирался скинуть его с себя, чтобы больше так не делал, однако Малфой опередила его. Птица успокоилась и вернулись к своим непосредственным обязанностям.
[indent] - Может и раньше, может и позже. Всё зависит от твоей убедительности и её привычки прощать или не прощать с ходу, - почёсывая птицу указаельным пальцем непроницаемо и спокойно, что выглядело как абсолютное умиротворение, нейтрально констатировал волшебник. Если сама Гестия не способна снять заклятие, то да, до утра - все его часы с концами поможет снять маг, оказавший содействие в наложении проклятья. Но это вряд ли. Скорее всего, с мыслями о прощении блонинка как минимум переспит, позавтрокает, а потом, к обеду, простит. За несколько лет супржеской жизни Абраксас знатно потрепал ей нервы, терпение и гордость, а Гестия не абы кто - и кровь у неё образцовая, и цену себе знала, и аристократкой была исключительной, чтобы действительно, а не внешне, прощать задевающие её честь и предназначение обиды.
[indent] Глаза скосились с птицы сначала на Абраксию, а после и на перо. Щекотки молодой человек не боялся, никак на неё не среагировал, только по шее прошлись еле заметные мураши, как бы в продолжение щеки. Перья в волосах Насденика от почтовой птицы - очередная деталь, подчёркивающая... всё. Всё, что скрыто в этом абсурдном событии, в этих нескольких днях и смысле да оттенке. 
[indent] - Убью, - нет, не птицу. А того, кто узнал бы об истории с Абраксасом. О том, что мужчина стал женщиной, о странном способе снятия заклинания, Гестии и поцелуе между Наследником и молодым главой Малфоев, что послужил способом что-то, да пояснить блондинке. Может даже поспособствовать прощению. От пера, неинтересного по сути, Том перевёл взгляд снова на Малфоя, заглядывая женщине в глаза. Интересный опыт, на самом деле; Реддл никогда бы и не подумал о чём-то подобном, а тут самое невообразимое из. Интересно выглядела и мимика, и повадки блондинки. И её интонации также звучали интересно: вроде и в старой манере, но совершенно по-новому. - Раз я здесь, то наведаюсь в Лютый Переулок, - не отводя взгляда спокойно пояснил. Терять время в молчании не хотелось, даже в своей комнате и даже в Мэноре. К вечеру Малфой будет в хорошем настроении (если не учитывать того, что он теперь женщина, ибо тут всё не столь однозначно), а Том проведёт день с пользой, собрав все новости, слухи и обновки Лютого. Может даже Косого, хоть там вообще почти ничего (в его понимании) не происходило.

  [indent] Волшебник вернулся ближе к вечеру. С некоторыми небольшими обновками и целым ворохом информации, которая теперь благополучно рассортировывалась в его голове на полезную и ненужную. Последняя почти сразу и забудется. Только в сам Мэнор возвращаться не спешил, предварительно пройдя в сад. Там же имелась возможность выгуливаться живности, в первую очередь павлинам - они в этом особнке самые свободные, фривольные и независимые обитатели, которые всегда могли выйти на улицу или вернуться на этажи. Сидеть на забооре, кустах, низких ветвях и лестнице - что угодно.
[indent] Том прошелся по саду, понаблюдал за птицами. Когда надоело стоять, отошёл к лестнице-мраморной веранде в задней части особняка. Присел на одну из них, упёрся щекой и принялся снова наблюдать: отсюда было видно всё. Особенно вальяжные, как сам Абраксас, павлины (которых на деле всего несколько). Один из них в итоге сам заметил брюнета. Белый, с красными глазами - альбинос. Заметил и подошёл, расположившись перед юношей со своим длинным сложенным хвостом. Смотрел на волшебника, смотрел, голову как-то интерсено выкрутил. Том вот к животным равнодушен, его же многие твари и вовсе побаивались, обходя стороной. Но не в Малфой-Мэноре. Тут едва ли не все, кроме эльфов, словно бы считали за свои честь и долг обратить на Наследника внимание да выкроить у него немного времени. Вот и павлин: совсем не против, чтобы Реддл его погладил по белым мягким перьям. В полном молчании. Том, или как его там называли? Забавно. Или тот павлин умер? Или Реддл не так запомнил? Или ладно. Здесь и таким образоом постепенно опускающаяся на Мэнор темнота имела свою некоторую прелесть. И всё белое в ней особенно выделялось.[AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+1

30

[indent] Холодный металлический тон не давал никаких причин в нем сомневаться. Убьёт. Обязательно убьёт. За таким тоном ей как за надежным подкладом ежовой рукавицы. Абраксас бы тоже убил, предварительно даже попытал, но женская натура притупляла грубую жестокость, облекала ее мягкими коварными формами. Там, где Абраксас бил в лоб непростительным, Абраксия с милой улыбкой предпочла бы травить и вытягивать жизнь медленно и мучительно. Женская жестокость по природе своей изощреннее. Гестия Малфой была тому наглядным примером.
[indent] Она осталась в доме одна, не зная куда и как приложить себя. Ей хотелось прогуляться по магазинам техномагических принадлежностей, присмотреть новинки, послушать новых сплетен, но она не могла решиться на столь рискованную авантюру – увязаться за Реддлом и представляться всем например, его названной сестрой, был шанс нарваться на кого-нибудь проницательного и зародить нехорошие подозрения. Ей это было не нужно, хотя она и признавала в этом некий азарт аферы, шалость на уровне школьных проделок. Но Абраксия осталась одна, не привычная к одиночеству и бездействию. (До чего невыносима жизнь аристократок-домохозяек!). Последние годы, Малфой постоянно находился где-то в дороге, на встречах с другими, по работе, по делам или личным целям, в душных кабинетах или прохладных заповедниках. Теперь же, вновь очутился наедине с собой, испытывая едва ли не физические муки от безделья, но где-то на подсознании теша себя тем, что суженая сжалится над ним и обратит обратно весь тот ужас, который он пережил и пока продолжал переживать. А пока, в попытках развлечь себя, он слонялся по Мэнору неприкаянным призраком и вспоминал свои ранние забавы. Он провел в этих стенах всю свою жизнь. Они видели его рождение, детство, юношеские годы, впитали его эмоции, проказы и топот босых ступней по лестнице, ведущей в залу для приема гостей. Абраксия немного повозилась в библиотеке, составляя список томов и названий новых пособий, которые хотела прочесть, а затем ушла в подземелья особняка, туда, где прятались в тайниках темномагические артефакты.
[indent] - Томми! Томми, иди ко мне, куда ты опять убежал!
[indent] Она стояла вечером посреди небольшой оранжерее, в пятьдесят квадратных футов, садика, обнесенного узорной металлической изгородью. По ней вились плющ и дикий виноград. Они выбрасывали новые побеги, от чего возле стены, время от времени, жужжали пчелы, а ветер насыщался тем терпким и сильным ароматом, который вечерняя прохлада извлекает из их листьев. С одной стороны длинные левкои, радостно вырываясь раскрывали свои бутоны, красные, как чистая, без примеси, медь. С другой стороны первая распустившаяся сирень туманила своими нежными испарениями смятенный рассудок всякого созерцателя. В такой открытой небольшой оранжерее стояла Абраксия в окружении четырех павлинов. Руки ее были бессильно опущены, и пальцы одной из них теребили склянку с зельем. Им она только что обработала оперение, чтобы перья белоснежных птиц сияли и дольше оставались мягкими. Возня с домашними тварями и магическими питомцами – вот что с детства всегда приносило ему удовольствие и приводило в душевное равновесие. Разыскивая пятого павлина, Малфой выглянула наружу – рукава бежевой мантии закатаны, на полы прицепились пара перышек, волосы собраны в пучок, - и почти сразу заметила Тома и…Тома. Малфой даже замерла на месте, вглядываясь в эту дивную картину. Но любование сменилось на шаги навстречу, она подошла к ним ближе.
[indent] - Ты уже вернулся... Есть новости из Лютого? – блондинка остановилась возле разыскиваемого павлина, смочила руку в прозрачном зелье без запаха и провела ей по его оперению, погладила по бокам, пока альбинос смотрел на нее серьезными внимательными глазами, но не шевелился, позволяя хозяйским рукам наносить на него тот влажный раствор, который после высыхания сделал бы ослепительно-красивым. - У самки Тома скоро появятся птенцы. Прелестные создания. С детства любила с ними возиться. Ум, красота и преданность. – Склонившись, Малфой с ласковой улыбкой поцеловала павлина в макушку, и тот важно, степенно отправился к остальной стае, как когда тем, кому приятны нежности, нарочно делают вид, что слишком суровые для них. Бывает такое у некоторых... Проводив взглядом питомца, она сложила склянку с зельем в карман, потерла между собой руки и взглянула на Тома, который Реддл.
[indent] - Скажи, что бы ты сделал, если стал женщиной? – Кажется, воодушевленная исповедальным письмом, она находилась в хорошем расположении духа. - Ответ "стал бы обратно мужчиной" не принимается. – Она поднялась к нему на ступеньку вверх и робко взяла под руку, чтобы прогуляться вместе до дома. Скоро должны были подать ужин в столовой и на двоих.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (22 июля, 2017г. 13:56)

+1

31

[indent] - Кто-то умер, кто-то попал в Азкабан, молодой Бёрк женился и не вмешивается в дела лавки, - неторопливо пояснил волшебник, пока наблюдал за тем, как Малфой приводила в порядок птиц. Вернее, Тома. Он никогда не задавал вопроса, почему именно такое имя. Оно оставалось неозвученным, но без единого слова понятным. По крайней мере,  так казалось Реддлу. Может уточнит ещё, а может и нет. В вот Абраксия сейчас выглядела очень гармонично. На какие-то секунды британец даже забыл, что Малфой вообще-то являлась мужчиной,  а не женщиной - настолько гармонично. Птица слушалась, конечно же, и выглядело это, вероятно,  красиво. Как и полагалось всему да всем в Малфой-Мэноре. Юноша поднялся на ноги,  оттолкнувшись от ступени, чтобы быть на едином уровне с блондинкой, раз она составила  ему компанию.
[indent]  - Мой досуг едва  ли поменялся бы от подобной формальности, - брюнет ответил почти сразу, словно бы то ли ждал, что его о подобном спросят, то ли когда-то уже думал на эту тему. Он привычно, словно бы всю жизнь так делал,  устроил руку Абраксии у себя и они мирно двинулись в сторону столовой. - Я бы делал то же, что и всегда. Быть может только пытал чаще - женские нервы. В том числе, а может и особенно, тебя, - спокойно  продолжил Том, поглядывая на женщину. - А если бы я решил обзавестись наследником, то также сделал бы это сам, - Реддл достаточно  (бесконечно) любил и ценил себя, чтобы разбавлять свою кровь с кем-то ещё, кроме  Наследников Салазара. Значит, с самим собой. И ладно, прагматичный вариант. Теперь Реддл хотя бы знал, что подобная магия действительно существовала,  хоть пока и не знал, насколько она глубокая,  долгосрочная и полноценная. - Ты, между прочим,  сейчас имеешь возможность испытать всё, что раньше не позволял статус. Платья, каблуки, причёски, что там ещё  обычно только женщины и делают, - непонятно, удивительно или нет, однако сейчас они впервые со вчера нормально разговаривали. Без грусти, печали, страха. Без забот и подавленности. Так, как и было всегда. Обычно. Изменились лишь гендерное  состояние и связанные с этим повадки по обе стороны. Что, впрочем, также подстраивалось буквально механически. Как и должно было быть. Наконец-то. [AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+1

32

[indent] Лютый переулок жил своей жизнью, как и его обитатели. Азкабан и смерти было для него обычными делами, повседневными, естественными настолько, что на их фоне такое событие как свадьба могла выглядеть необычно. Но Абраксия не стала расспрашивать о Бёрке. Ее могла бы заинтересовать только новость из разряда о том, что давеча молодая статная миссис Гестия Малфой покупала сакральные артефакты да редкие ядовитые ингредиенты зелий по душу своего суженого. Но это было маловероятно. Гестия в родном для нее Париже, пусть даже и оттуда смогла добраться проучить муженька. Впрочем, не без помощи и содействия Тома, Бракс уже считал себя в шаге до обращения обратно в прежнее тело. Его хорошее настроение было очевидно, когда блондинка степенно прохаживалась по саду под руку с другом, спокойно разговаривая на разные нейтральные темы.
[indent] - Ты прав, нервы хрупкие. Еще и настроение так переменчиво. – Чуть кивнула головой, проходя по дорожке из гравия, под аркой из ветвей жасмина, мимо скамейки, вперед, вперед, навстречу дому. - Но знаешь, я бы, наверное, предпочла подвергнуться твоим пыткам, чем воспроизвести на свет себеподобного. – С легкой задумчивостью продолжила она их болтовню, поддерживая ее своими размышлениями на грани между полами. - Говорят, это совершенно невыносимая боль. – Слова о том, что ее бы Том пытал «особенно» совсем не пугают ее, скорее цепляют ее внимание, оседают в памяти мягкой периной и заставляют спрятать лукавую улыбку, как будто он только что в чудовищной метафоре сделал комплимент, на деле – знак внимания, который ее мировоззрение и их сложные взаимоотношения трактовали совсем не так, как это мог бы воспринять кто либо другой. Абраксии это почти льстит. - Но если тебе интересно, женское тело, разумеется, не такое сильное как мужское, но, похоже, более выносливое. – Малфой поднялась по ступенькам, открыла дверь и проскользнула внутрь. Цокот ее каблуков ровным ритмом сопровождал их движение по Мэнору, когда они за все той же беззаботной беседой поднимались в столовую. Так просто. Так легко. Так естественно, будто Малфой правда женщина, а в Томе теплится что-то человечное. Странная, сюрреалистичная идиллия.
[indent] - Оказывается, женщинам очень важно кому-то нравиться.  – Рассказывает она, появляясь в столовой. - Чувствовать себя защищенной и видеть свой образ, в полных симпатии глазах кого-то, кто им не безразличен. От этого внутри тепло, они расцветают и становятся увереннее… - Стол был со вкусом сервирован для двоих. На белоснежной скатерти стоял паштет из фазана, свежезажаренное мясо дикого кабана, пирог из патоки и сдобренные пряностями закуски, которые предлогалось запивать бархатистым эльфийским вином, от которого в бокалах мелодично лопаются все топазовые пузырьки. – Извини, не знаю зачем рассказываю тебе об этом, навряд ли когда-нибудь такие знания смогут пригодиться тебе. – Она присела за стол и постелила на колени белоснежную салфетку. Эльф засеменил из-за угла и принес небольшую медную тару с теплой водой, в которой хозяйка омыла руки перед трапезой. А потом наступил ужин. День плавно перекатился к вечерним сумеркам.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9548179.gif[/AVA]

+1

33

[indent] - Волшебники - не магглы. У них есть магия. Если в чём-то я и поддерживаю любералов, так это в том, что правильно использовать магию во время родов. Так меньше отторжения и страха, и больше желания воспроизводить новых потомков в дальнейшем. А именно это - продолжние рода полноценными волшебниками - должно быть первично, когда мир очистится от грязи и ничтожеств, - пока ещё Том хоть и испытывал удовольствие от чужой боли, однако же не считал необходимым делать так, чтобы жизнь держалась на ней. Даже у женщин. Магия имелась в обоих полах, потому некоторые вещи для Тома навсегда останутся непонятными. Если женщинам дано рожать, то почему бы не дать им возможность делать свои обязанности с максимальным комфортом? Всем меньше нервотрёпки, истерик и больше прагматизма. Может, неплохой бы из Реддла вышел Министр-таки, а? К дракклам, не к тому стремился.
[indent] Похоже, что Абраксия, она же обычно Абраксас, в какой-то мере даже привыкла к своему состоянию. По крайнйе мере, стоило только на горизонте появиться надежде на возвращение к привычной форме, так и раздражать меньше стало, и откровений больше, и философской пользы прибавилось. И на каблуках уже передвигалась как влитая, и телом владела, и мимикой - вот, смотрите, более не умирающий в тлену и безнадёжности лебедь. А, если уж на то пошло, Абраксия больше походила именно на лебедя, в то время как Абраксас - на одного из своих питомцев.
[indent] Когда они вошли в столовую, женщина отпустила гостя и вела себя живенько, можно даже сказать, непринуждённо. Естественно. Естественность в своём бесконечном, сквозящем парадоксе. Наследник выглядел как человек, а Малфой не являлся мужчиной. Занавес. Шоу тайм.
[indent] - Откуда ты узнала про такую потребность? - Том о симпатии знал не просто мало, а едва ли вообще знал. По крайней мере, в отношении живых лиц, авторитетов, тем более женщин. Его собственные симпатии выражались через другие качества, возникали из-за иных причин, и не всегда вообще являлись хоть чем-то, близким к пониманию симпатии в общепринятом смысле. Потому и реакция на слова блондинки весьма логична, эмоциями едва ли вообще затронута: как Абраксия могла узнать? Она в теле женщины не видела никого, кроме себя, Тома и питомцев (включая домовиков), потому подобные выводы конкретно из уст Малфоя - само по себе нечто. И кто бы знал, что, оказывается, женолюб-красавец-аристократ-нарцис на деле понимал женщин едва ли не меньше, чем каменная глыба по имени Том Реддл? Разве что Наслденик и знал, предпочитая не озвучивать за ненадобностью. Это непонимание всё равно привело Абраксаса к уроку, который бы сам брюнет ему препадать не смог. Ни словами, ни легилменций, ни пытками. Только посредством примерки шкуры, стало быть. И... подождите, вот это об уверенности, тепле и цветении - оно всё про Тома же, да? В этом по крайней мере имелся смысл, хоть мужчина не то чтобы в состоянии понять, как оно ощущалось.
[indent] Уложил салфетку, помыл в тёплой воде руки. Попутно зачем-то между делом посмотрел на блондинку: волосы же она распустила тогда, после его слов, да? Вот как. Ну, приятно. Вероятно. [AVA]http://sd.uploads.ru/OGQ7u.jpg[/AVA]

0

34

[indent] Стоит сказать, что Абраксас Малфой никогда не считал себя бабником. Нет, на деле он был им, самым настоящим, но вот признавать сей факт наотрез отказывался и предпочитал уклончиво говорить о своей любвеобильности к прекрасному полу вот, пожалуй, ровно до того момента пока проклятие не клюнуло его по самому больному месту. Теперь-то он сделал достаточное количество выводов и за короткий срок приобрел определенный опыт и понимание, а второе, как уже было понятно, и являлось ключом к искуплению и прощению. Оказавшись в новом теле, ему не только пришлось приноравливаться к нему как к тесноту костюму неудобного покроя, а проникаться изнутри, как приторной заразой, которая расходится от сознания до сердца, захватывая собой каждый миллиметр тела и заставляя жить по-другому. От механики он уходил вглубь к ощущениям и еще дальше к психологии. Напитываясь этим изнутри, он понимал женщин и сам ловил себя на том, что может мыслить их категориями. Это поначалу до жути пугало, а теперь он находился в фазе принятия, а скорее даже прощания с этим самочувствием.
[indent] И тем не менее, скулы аристократки заалели, распознав в вопросе намек.
[indent] - Я понимаю их. – Она почти возмущенно взглянула на него, дескать, «о чем ты подумал?!». - В смысле, теперь могу… - Запнулась, находя слова, запальчиво проговаривая их и замечая, что звучат они совсем не так, как ей бы хотелось донести по смыслу, а прямо наоборот. - Ты просто понимаешь это, даже если не испытываешь в настоящий момент, потому что природа чувств и образ мышления у женщин одинаковы и не схожи с мужскими, - наконец, сформулировала она что-то примерно похожее к тому, что пыталась выразить и не выглядеть при этом круглой дурой и еще большим идиотом. – А ты о чем подумал? – Блондинка сурово нахмурила брови, через стол переглядываясь с Реддлом и ей почему-то было важно, чтобы он не подумал там себе про нее…ну вот то, что он возможно заподозрил, когда начал задавать свои каверзные и неуместные вопросы с намеками. Она опустила глаза на тарелку, приступая к ужину и на какое-то время замолчала. Абраксия все еще как будто сердилась на него, пыхтела внутри себя на эту каменную бессердечную глыбу, которая еще смеет подумать про нее всякое! Отпив глоток вина, она аккуратно взяла вилку, но прежде чем наколоть на зубчики аппетитный кусок, обратила вилкой на Тома, как указкой, проговорим не то всерьез, а не то в шутку, поди угадай.
[indent] - В самом деле, тебе бы точно пошло на пользу ненадолго побывать в ином теле, кроме своего и ощутить… хоть что-нибудь. – И нет, Малфой не угрожала и не нарывалась на милое, задушевное Круцио за накрытым столом посреди ужина. Она просто высказала свои мысли и замолчала, чтобы не превращать процесс принятия пищи в сомнительный диспут, как будто в чем-то постыдном ее компрометирующий. Закончив с трапезой, женщина приложила салфетку к уголкам губ и отложила ее в сторонку. Она по привычке в крепкий хват взяла трость и встала из-за стола.
[indent] - Спасибо, что составил компанию.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (24 июля, 2017г. 08:21)

0

35

[indent] Тому непонятно, и едва ли хоть что-то заставило бы его понять. Да оно и не нужно, на самом деле: людей эффективнее читать по фактам, по мимике, по словам, чем пытаться вникнуть. В конце-то концов, всё те же люди, и, как давно заметил Реддл, особенно женщины, часто обманывают даже сами себя, потому становиться на их место с эмоциональным фоном - гиблое, тупиковое дело. Совсем не для остатков души Наследника.
[indent] - О себе. Это стало бы хоть сколько-то логично и понятно, с учётом того, как давно мы общаемся и доверям друг другу. Иначе в этом нет практического смысла, - мимолётно скользнув по блондинке взглядом, он непрнуждённо и неторопливо разрезал своё мясо. Ароматное, сочное. - Ты покраснела, - констатировал, вернувшись к мясу, как бы между делом. Мол: «Твоё лицо отрицает то, что ты говоришь, или даже знает больше, чем ты себе надумала». Значит, сама чего-то предположила. Не просто же так покраснела. И ладно. Том более не обращал на это внимания, просто переключившись на ужин. Он уже заметил, что сегодня еду не разнесли по комнатам. Итог надежды на скорое возвращение в нормальное состояние? Вероятно. Или нет. Не важно, по сути, и ладно.
[indent] Реддл исключительно молчал, мирно поедая ужин. На последовавшие в какой-то момент слова Абраксии лишь на несколько секунд перевёл на неё взгляд, после вернув к тарелке. Не требовало комментария, оно бессмысленно. Реддл знал, что независимо от того, что у него между ног, чувственный и эмоциональный фоны его внутреннего мира оно никак не всколыхнуло бы. В первую очередь британец - Наследник Салазара Слизерина, практически бездушный, рациональный человек с высокими целями. В понимании и видении мужчины едва ли это могло хоть как-то измениться.
[indent] Том сделал глоток вина прежде чем встать. Вытер руки, промакнул губы. Только потом поднялся, на несколько секунд позже, чем Малфой. Обошёл её и приглашающе предложил свою руку.
[indent] - Потанцуем? - сдержанно, но инициативно предложил. Осталось ждать-то всего ничего, и, раз уж такая возможность, то почему бы не позволить себе провести этот вечер как-то иначе, отлично от обычного, как если бы Малфой был собой-мужчиной. Абракся для себя что-то новое откроет. Для Тома беспоезное, но для семейной жизни Малфоя - мелкое и очень уместное. Сколько им там стоит пройти в подходящую комнату и запустить камерный уменьшенный и усиленный громкостью оркестр? Бросьте, почему нет. Может и Абраксия совсем про ту чепуху за столом забудет. Чтобы также, как Том.  [AVA]http://sd.uploads.ru/OGQ7u.jpg[/AVA]

0

36

[indent] Он синкопой сбивает ее мысли одним вопросом, одним словом, одним жестом. Абраксия не сомневается, что Наследник наверняка в своем холодном уме оправдывает этот жест чем-нибудь практичным. Тренировка. Разминка. Ведь дуэль это в некотором роде тоже своеобразный танец. У неё свои правила, отступление от которых может стоить слишком дорого. Пластика движений спустя время может приобретать ту особенную мягкость и видимую неторопливость, которая достигается путём бесконечных физических нагрузок. От умения контролировать своё тело и разум подчас может зависеть своя или чья-то жизнь. Когда она шагнула навстречу, вкладывая теплые пальцы в его руку, то ее прямой стан очень медленно разогнулся, как будто у нее в спине не было ни одной мелкой кости. Она все еще была как будто в легком удивлении, когда прошла с ним в паре в просторную залу для приема гостей. Легкий взмах трости ознаменовал звучание негромкой музыки прямо из воздуха – отрывистые переборы клавиш фортепиано, тягучие соблазнительные переливы виолончели, сливавшиеся в мелодию одного неизвестного композитора. Музыка не оставляла шанса отказаться.
[indent] Ей было так странно и необычно вдруг становиться в паре ведомой, а не ведущей. Может в этом и была прелесть этого спонтанного танца посреди гостиной залы. Оставлять друг другу возможность выбора, тем для разговора и даже роли инициатора и ведущего позиции в танце так, что это не тяготило.
[indent] - Когда ты танцевал в последний раз? На выпускном в школе или на моей свадьбе? - Она остановилась напротив и рядом с Томом, опустила руки по стойке правильно, как направил ее партнер. Кисти спорхнули и опустились, ощущая тесноту прикосновений под лопатками и шероховатость его мантии рядом. Музыка расчерчивала в воздухе отчетливые ритмы, она забиралась в память и под кожу, не переставала звучать в том регистре, в котором она была написана – ритмично раскачивающийся мотив под мелодичное свечение виолончели. С первым шагом Абраксия медленно прикрыла глаза под трепетом ресниц. Это значило довериться партнеру и всецело положиться. Попробовать, что значит быть ведомой. Прямо как женщина. Веки опустились, приоткрыв вниманию тонкую черную линию верхней подводки глаз. Раз-два-три.
[indent] Пышная юбка взлетела от очередного поворота, кружась вокруг стройных ног. Абраксия позволяла вести себя. Она молча улыбалась, когда что-то делала не так, и в точности прислушивалась указаниям ведущего партнёра. Она запоминала характер, ритм и очерёдность движений на уровне подсознания, не задумываясь. В раскованном танцевальном кружении, в плавном изгибе рук, повороте головы и лёгком, почти невесомом скольжении по паркету сквозило желание нравиться. И такова уж философия танца и женская сущность. Женщина в паре танцоров всегда украшение. Ее движения были наполнены женской обворожительной пластикой, и она даже почти не огорчалась за свою начальную неловкость, только тихо посмеивалась с извиняющейся улыбкой. Но всего-то пару раз. Реддл оказался превосходным партнером, а она, кажется, не так уж безнадежна.
[indent] Шаг вперед, за ним еще один, и еще, лишь для того, чтобы потом отступить, почти провокационно прижавшись голенью к его ноге. Очертить ножкой круг рондо, припасть к груди, так что можно услышать чужое сердце, но при этом позволить продлиться этому не больше мгновения, мягко направляясь в новый поворот. До самого финала она не проронила ни слова. Говорить не хотелось. Вместо них говорили движения, шорохи подошв по полу, шелест подола атласного платья по изгибам фигуры. Жарко.
[indent] Музыка стала затихать. Абраксия в какой-то момент останавливается, медленно опускает руки, но еще не отступает назад. Наоборот, она вдруг тянется вперед, пока ее губы не достигнут уровня мочки его уха. Замирает, лишь согревая и щекоча его шею и ухо своим дыханием.
[indent] - Никто никогда не будет предан тебе так, как я, Том. – Щека к щеке прислонилась случайно, но замерла еще на пару фраз. - Никто и никогда. Помни об этом. – И она мягко отстранилась от него, чтобы отвернуться и уйти к себе.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

0

37

[indent]  Том никогда не любил танцевать и сейчас изменять себе не планировал. Разнообразить вечер,  увидеть нечто для себя новое, отметить бесконечные  возможности магии, да и в каком-то смысле просто провести время с Малфоем. Они долго не виделись,  ещё дольше не увидятся после. Может быть имелся толк от совместного,  хоть какого времяпровождения. И, признаться,  даже по мелочи касаться Абраксии в таком теле - new and unexpected sense,   любопытный с научной (даже) точки зрения опыт. И что, как не танец идеально подошло бы к подобному? Тому часто приходилось прибегать к этим отработанным от и до,  до подсознательной памяти мышц навыкам. Или немного,  в который раз, об особенностях бытия лучшим учеником Хогвартса даже в вопросе выпускного и главного танца перед всей школе как лидера.
[indent] - Не так давно,  как мне бы того хотелось, - не будет же Реддл отвечать как нормальный человек,  нет, вы что, фантастика. Ну и содержательно, по сути.
[indent] Блондинка не отказалась. Они действительно,  продолжая линию абсурда и сюрреализма (учитывайте,  кто и о чем они были), танцевали. И с одной стороны можно сказать, что ситуация уникальна, но ведь её содержимое не изменилось. Том - ведущий, а у Абраксаса не было ни единой причины это игнорировать или оспаривать,  принимая свою роль. Сейчас только в новом выражении, от которого,  как и прежде,  Малфой  мог и получал удовольствие. Улавливаете символизм  да прелесть, красную нить?  Реддл на редкость улавливал,  ибо  подобные моменты ему нравились. Он ведь любил знаковость. И Малфой тоже. Эдакий сорт эстетики.
[indent] От этого и направлять женщину в танце оказалось довольно приятно,  помаркам брюнет не раздражался. И сам получал некоторое удовольствие. Сколько же потерял Хогвартс,  вся система образования,  отказав Тому в преподаванияи, всё-таки.
[indent] Он слышал её  сердце,  когда та была близко; пульсации в руках; жарковато. Близко. Мимолетно. Подвижно. И не вечно.
[indent] Танец закончился. Они остановились, но не утихли.  И хорошо бы Тому уйти к себе, точно также,  как это намеревался сделать Малфой. Но хорошо - редко было принципом, на котором основывался Наследник. Он для этого излишне научен,  излишне глобален и излишне эгоистичен.
[indent] Может быть блондинка преувеличивает : не самый верный, не самый преданный. Но один из. И, что точно, особенный. В достаточной степени, чтобы оно передалось последующим поколениям Малфоев. Настолько особенное и, может, необъятное.
[indent] Волшебник не дал Абраксии уйти, перехватил,  но не утягивал за запястье. Взгляда от неё не отводит.
[indent] - Не спеши. Останься со мной, - не приказ,  не просьба, а что-то совсем странное. Том и сам не разбирался; даже не задумался, о чём говорил и что подразумевал. Наверное,  бесконечно многое.  Символическое и вовсе нет. [AVA]http://sd.uploads.ru/OGQ7u.jpg[/AVA]

0

38

[indent] Она замирает. Просто стоит, прислушиваясь к браслету на ее запястье – драгоценному, потому что из его пальцев в уверенном обхвате. Разворачивается к нему обратно и смотрит на него в ответ. Нет, это сложно назвать глаголом «смотреть». Смотреть это слишком просто. Она тонет. Тонет в этой густой бездне умных мрачных глаз того, кого совсем перестала понимать. Ей хочется воскликнуть ему в лицо – «Чего же ты хочешь от меня?!». И тут же покорно замереть в ожидании распоряжений милорда, которого она не посмеет ослушаться. Абраксия смотрит на него и не понимает. Абраксас в изнанке многозначительно усмехается. Абраксия силится угадать что у него на уме, какими прагматичными думами он теперь оправдывает свои слова и порывы. Абраксас внутри молча складывает руки на груди и неодобрительно качает головой. Абраксия хочет знать чего хочет Том, понять его, нащупать эту подоплеку мотивации. Абраксас не уверен хочет ли он того же.
[indent] Она вглядывается в его лицо, фарфоровая статуэтка в смятении. Ей хочется так много всего сказать ему, но она понимает, что лучше не говорить ничего. Потому что Том обязательно ответит ей, а она знает, что некоторые вещи сейчас лучше не слышать от него, их лучше оставить догадками, так будет лучше для всех. В уме все еще крутятся его невозмутимое уличение ее в смущении, как в чем-то постыдном, как преступлении и в первую очередь против себя. Мужчина в ней оставляет безуспешную борьбу и попытки подсказать. Он галантно уступает роль Женщине. Быть может, он успел немного привязаться к ней за это время. Абраксас и Абраксия знают, что ей остались считанные часы, и Он уступает Ей, как будто дает волю на предсмертное желание, дает полной грудью вдохнуть этой жизни. Запомнить чувства, ощущения, эмоции. А Ей хочется всего и сразу. Танцевать, кокетливо улыбаться, менять наряды, целоваться, плести венки из анютиных глазок и еще столько всякой ерунды. Чтобы запомнить себя такой. Чтобы Том продолжал держать за руку.
[indent] Она молча кивнула ему. «Я останусь с тобой». Женщина прошла к мягкому дивану, увлекая Реддла за собой. Малфой жестом пригласила его присесть, а сама скинула туфли, чуть подобрав юбки для удобства, забралась с ногами рядом и прилегла. Светловолосая голова Абраксии легла на колени Тома. Эти колени кажутся мягче всякой подушки. Взгляд направлен снизу вверх на волевой подбородок и силуэт лица. Она готова прикрыть глаза, затрепетать ресницами и жмуриться как довольная кошка, если он запустит пальцы в ее распущенные волосы. Она не хочет говорить отвлеченные вещи. Не хочет спрашивать почему он захотел остаться с ней. Тут все та же платина волос и серебро глаз. Белое и Черное как по трафарету ближе в своем контрасте. А.Малфой с ним. И только это имеет значение.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

0

39

[indent] Полная, на самом деле, бессмыслица. И несвойственность. И режущая глаза фривольная ситуативность. Том это прекрасно осознавал. Но всё равно допустил, оставив ситуацию почти вне рациональных объяснений. Так нужно и так тоже правильно, так тоже логично, если учитывать всё-всё; если обращаться к детству, разлукам, специфике характеров, вере и далее по списку. А что логично или, по крайней мере, допустимо в мозгах Наследника, то имеет место быть хотя бы в качестве экспериментального приключения, которое зачем-то, но также будет нужно.
[indent] Малфой осталась, конечно же. Хорошо. Ещё немного времени, прежде чем всей этой странной встречи словно бы не будет, потому что уже завтра, если всё сложился достаточно хорошо, необходимость от присутствия Реддла отпадёт; он вернётся к своим познавательным делам искателя бессмертия и всевластия за семью морями, а Малфой к своим делам, подразумевающим бытие аристократом и представителем подобного ему рода. Потому мужчина логично и точно также, как и блондинка, молча уселся на диван, не отпуская её руку надолго.
[indent] Какое-то время так просидели, Том минут не считал. Он просто держал её за руку, в нерушимой тишине разглядывая. А она его. И это, на самом деле, совсем не ново: сколько раз так было с Абраксасом? Моментов молчаливого нахождения рядом, вне конкретных дел или слов. То же самое. Несмотря ни на что они оба оставались собой, себе не изменяли и друг другу, в общем-то, тоже. Оба мужчины приняли все из возможных и невозможных исходов, а мужчина-женщина, Он-Она, в данном случае - лишь тоже некоторая грань. Возможность. Эксперимент. Проявление. Любопытство. Не понимаете, да? И не надо, оставьте.
[indent] Семейство блондинов не зря отличалось своими платиновыми волосами. Бровями, ресницами, длинными или не очень локонами. Это выглядело исключительно. Редко, недосягаемо, от части даже потустороннее. Самую малость, Том готов признать, даже притягательно. Из всех возможных отличительных черт Малфои «выбрали» именно эту - не всё ли, не слишком ли много оно говорило о них? Возможно. Наследник считал, что оно имело место быть и даже хорошо. Разные волшебники, исключительные по крови и чему-то ещё - это и есть богатство волшебного мира; магия подарила подобные отличительные особенности, так почему бы не признавать их притягательность или, как минимум, эстетику? А остальное терялось, делая некоторые менее лицеприятные особенности незаметными, неважными.
[indent] В этих мыслях он увёл спокойный взгляд от её лица к волосам. Что читалось в этих чёрных омутах - загадка; тьма всегда едина, чернь одна, и что бы в ней не происходило - не разглядеть, если только оно не принимало форма до жути понятную, то, что способен был бы уловить знающий человек. Потому и сейчас глаза Тома - это не читаемая бездонная дыра из ничего, провал в воздушную, но тяжелую в массе субстанцию, заставляющую застрять где-то внутри неё. Мужчина перебирал светлые пряди, проводил по ним пальцами, вытягивая всю длину. Накручивал на пальцы, на руку. Отпускал и снова натягивал. Эти платиновые локоны служили контрастом светлой (не мертвенно-бледной, как обычно, потому что Том «загорел») кожи рук, от чего те оказались тёмными. Даже если приложить к волосам блондинки что-то светлое, оно всё равно будет проигрывать в своей игре цветов, контрастов и накоплении света. И не волосы даже вовсе. Не в каждый дом впишутся, не в каждой местности будут «своими». Исключительно для помещений вроде Малфой-Мэнора, и компаний вроде Тома Реддла. Одна простая характеристика, а о семействе Малфоев, об их характере, оно давало исчерпывающую информацию. Том наблюдал за тем, как женщина умудрилась расслабиться, неизменно молча лежа у него на коленях; чувствовал её кожей, весом, теплом. Это комфортно, внутреннего конфликта не вызывало. Ни тогда, под упорином на плече, ни в спальне под общими одеялом, когда не хотелось спать, ни когда толкались на мётлах. Всё они же, только на секунду, на миг, буквально на мгновение - лучше.
[indent] Реддл прошёлся взглядом по ней всей, сопоставляя, отмечая что-то про себя, пока глаза оставались неизменны и непонятны. Посмотрел на локон, который отпустил, от него прошелся по лицу. Аккуратное. Традиционно, в общепринятом смысле красивое. Очевидно, красивее, чем у Абраксаса, хотя в подобных вопросах восприятие у Наследника крайне специфично. А сейчас Тому нравилось, симпатизировало в очень близком к традиционному понимании. Просто и понятно. Вслед за взглядом по лицу проследовали и пальцы, убранные от прядей. Мягкая, гладкая, бледная кожа, какой обычно и должны хвастаться чистокровные волшебницы, пока не утонувшие в уродстве близкого инцеста. Скулы, подбородок. Ненадолго зацепился взглядом за губы. Так не убрав руки от подбородка, мужчина придержал ею лицо, второй чуть приподняв блондинку так, чтобы можно было полноценно наклониться и вне стеснения поцеловать. Сначала лишь легко коснувшись губ, а после углубившись в полноценный поцелуй.
[indent] Бросьте, нет, вы в самом деле думаете об оправдании и задаётесь вопросами о мотивах? Бросьте. Абраксас, признайся, что тебе тоже любопытно. Как минимум любопытно. [AVA]http://sd.uploads.ru/OGQ7u.jpg[/AVA]

+1

40

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://se.uploads.ru/t/idp9B.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (8 августа, 2017г. 14:14)

+1


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » ИГРОВОЙ АРХИВ » Эстетичная смерть внутри


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC