1111 11111 111111111 111111 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, приложив к этому совместные усилия? Мы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события, которые, казалось бы, за семь лет уже выработали курс, гласящий: «Лишь бы не было войны».


2222 2222 22222222 2 22 22222 2222 2222 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, приложив к этому совместные усилия? Smiley faceМы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события, которые, казалось бы, за семь лет уже выработали курс, гласящий: «Лишь бы не было войны».




333 333 3333333333 3 3333 33333 333 333333 333 333333 33 33 3 3 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, Smiley face приложив к этому совместные усилия? Мы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события, которые, казалось бы, за семь лет уже выработали курс, гласящий: «Лишь бы не было войны».

Smiley face Smiley face Smiley face Smiley face



555 Гриндевальд повержен. Правда ли, что на мир опустился дурман спокойствия, стремления восстановиться от разрухи, приложив к этому совместные усилия? Мы знаем, как оно могло сложиться в Европе, затронутой войной и смертями, и пытаемся повлиять на события.

Smiley face Smiley face

Magic Europe: Sommes-nous libres?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » ИГРОВОЙ АРХИВ » Эстетичная смерть внутри


Эстетичная смерть внутри

Сообщений 1 страница 20 из 49

1

ЭСТЕТИЧНАЯ СМЕРТЬ ВНУТРИ

http://s3.uploads.ru/eF2CS.jpg http://sf.uploads.ru/ZUlhe.gif
Abraxas Malfoy & Tom Riddle

Место, время: Малфой-Мэнор, весна 1953

[indent] А мы мертвы внутри и как личности. Остров деградации и удовольствия, оставьте нас умирать, мы рады пойти ко дну даже без корабля.

0

2

[indent] Он проснулся сегодня один, потянулся сладко в простынях, щекоча ресницами дрему, подумал о том, как хорошо, как правильно пробуждаться именно так, чувствуя кожей нежную ткань, солнечный свет на веках, тишину на губах. Никуда не спеша и ни о чем не заботясь. Потом представил каким будет день и первый глоток очень горячего, ароматного кофе с легким пышным рогаликом, с тонким ломтиком желтого, очень сливочного масла, положенного в разрезанный рогаликовый бок. Как теплые струи воды побегут из рассеивателя на макушку, на плечи, а он, Абраксас Малфой, будет зябко переступать босыми ногами по гладкому кафелю душевой. И он, Абраксас Малфой, ни в коем случае не будет опираться ладонями на прозрачную створку, не бросит тюбик шампуня на полку открытым, не станет выходить из ванной нагишом, шлепая мокрыми пятками по дереву пола, а обязательно обернется широким и жестким, свежим до хруста, полотенцем, потопчется на другом, выйдет, а потом пригубит вторую чашечку кофе, забеленного молоком и отправится в гардеробную выбирать себе... Мысль споткнулась. Абраксас перевернулся на живот и зевнул. Гестия уже вторую неделю в их имении в Барселоне, а он пропадает здесь по делам в фамильном Мэноре. Дела иногда чередуются с непотребными загулами, но Бракс всегда думает, что знает меру. И вот он, долгожданный выходной, который можно посвятить чему-то кроме бюрократии и визитам вежливости, хотя кого он обманывает, но уж точно можно встать попозже.
[indent] Домашний эльф приносит завтрак ему в спальню, как диктует традиция, имея на подносе все то, о чем только что грезил его господин. Но что это – прислужливая тварь раскрывает свои огромные глазенки до небывалых размеров, пищит что-то нечленораздельное и едва ли не роняет поднос. Абраксас резко садится на кровати, наблюдая за домовиком, хмурится, пока одеяло быстро соскальзывает с торса. Он не обращает ни малейшего внимания. Хозяин заругался, как не пристало хорошо воспитанному аристократу, приличного происхождения. На поднос с завтраком поглядел с какой-то тоской. Скажите на милость, какого драккла случилось с этими одомашненными ничтожествами? Абраксас спускает ноги с кровати, сонно пролетая взглядом по окружающему миру и проходит в просторную ванную комнату. Ладонь привычно трет подбородок на проверку наличия наросшей за ночь бесцветной белобрысой щетины, прежде чем глаза поднимутся вверх к зеркалу. Гладко. Странно. Удивительно гладко, так и хочется назвать… нежно… Глаза медленно и плавно поднимаются вверх.
[indent] Раз-два-три.
[indent] Пауза.
[indent] Молчание.
[indent] Гром и молния где-то глубоко внутри и взгляд до дна полный недопонимания. Из зеркала на него смотрит прелестная блондинка с аккуратной стрижкой. Глядит не мигая широкими серыми очами. Абраксас замирает и забывает сколько длится немая сцена ступора. Рука поднимается неимоверно медленно, прежде чем он поднесет ее к щеке и то же самое в унисон сделает дивная светловолосая нимфа напротив в отражении. Абраксас Малфой плюхает руками о раковину и стискивает ее до боли в костяшках. Абраксас Малфой опускает подбородок вниз, разглядывая всего себя сверху вниз. Абраксас Малфой чувствует, как заходится частым паническим сердцебиением его грудь. Его грудь! Две руки синхронно падают на пышные формы, пошло жмакая за них как за родное.
[indent] Дальше все проходит как в тумане. И наверное, не стоит упоминать о сцене у писсуара, когда ошарашенный претенциозный блондин шарил руками пониже пояса. Он растерян. Он все еще шарахается от зеркала. Он спускается по бесконечным пролетам лестниц, ведущих в юго-западное крыло в поисках приличной рубашки в шкафах, полных бархата, шелка и непобитых молью кружев. Из-за отсутствия супруги часть комнат пусты и беззубы; зияющая пустота. Он проносится вихрем мимо кресел, кроватей и рыцарских доспехов, мимо серебряной посуды и вышитых скатертей, чеканного оружия и хрустальных ваз, мимо всех семейных реликвий, передающихся из поколения в поколение, за которые, в конце концов, платил хорошую цену и которыми иной раз любовался. Только фамильные портреты, Малфой за Малфоем, их удивленные лица взирают ему вслед.
[indent] Абраксас вынес из библиотеки несколько толстых пыльных книг и заперся с ними в личном кабинете. Никого не пускал и никуда не аппарировал. Он игнорировал все записки совиной почты. Все встречи отменены, он болен и никого не принимает. Только накинул на плечи белую рубашку, в ней и ходил по кабинету туда-сюда, нервно дергая движениями тонких женственных кистей, когда перелистывал страницы очередной книги в богатом старинном фолианте. Ни-че-го. К концу дня он был в отчаянии. Он был почти на грани. Страшный метаморфозис, настигший его этим утром не поддавался ни под какие прочитанные характеристики, кроме очевидного факта проклятия. Его жестоко прокляли за его распутство, за цинизм и надменность, за потребительское отношение к дамскому полу – он наказан, безобразно наказан. Это смешно и это кошмарно. Абраксас метался из угла в угол, придумывая самые небывалые варианты противодействия, но не был уверен ни в чем – вот что значит потеря мужественности, это било по самому больному, заставляя теряться и ненавидеть собственные неуверенность и бессилие. Что это? Откуда это в нем? Такого быть не может!
[indent] Устало упав в кресло, расставив ноги вширь и почесав бедро (какое гладкое и подтянутое…) он вывел пером срочное письмо – лаконичное, но эмоциональное. Он в беде и ему нужна помощь того, кому он доверят полностью, от и до. Ему нужна помощь лучшего из магов. Скрутив кусочек пергамента, Абраксас привязал записку к лапке Пифона и выпустил птицу в вечернее небо. На него была вся надежда. С тяжелым горестным вздохом Малфой понуро отправился в гардеробную супруги…

look at me now
[indent] Реддл всегда отличался вежливостью и тактом. А может просто любил смотреть на Малфой-Мэнор со стороны, прогуливаться до него по дорожкам, высматривая бродивших в ухоженном саду павлинов и вдыхая запах распускающихся по весне цветов с клумб, пока подходил неспешно и с достоинством, а не аппарируя прямо посреди гостиной. Уже после первого позывного, дверь приоткрылась. Но гостя впускал в имение не домовик. Из-за двери выглядывала смутно знакомая женщина. Красивое лицо, отсутствие косметических чар компенсировалась естественно свежим видом, бледная кожа, светлые уложенные волосы, надменный изгиб брови, маленький аккуратный носик, большие серые глаза, обрамлённые длинными тёмными ресницами и пухлые чувственные губы. Женщина кокетливо выглядывала из-за двери в изысканном белоснежном платье, подчеркивающим точеную фигуру.
[indent] - Том… Наконец-то. - Мелодичный голос с придыханием облекал слова взволнованной женщины. - Здравствуй. Почему так долго? Скорее проходи.

[AVA]http://savepic.net/9449622.jpg[/AVA]
[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]

Отредактировано Abraxas Malfoy (2 июля, 2017г. 19:44)

+2

3

[indent] Ещё как минимум года три Наследник не планировал появляться в Британии. Он и в Европе-то для всех потерялся, только и оставив свой сложный адрес-портал, заносящий почтовых тварей в сумку. И стоит сказать, что этим адресом пользовались с завидной регулярностью. Значительную часть посланий волшебник читал, но игнорировал. Меньшую часть не открывал. Приблизительно на аналогичный процент (или даже меньше) отвечал. Некоторые из старых связей ему более не нужны, а значительная часть писем - рассказы о жизни или, что важнее, новости. Газет юноша читал мало. Во-первых, не все языки знал. Во-вторых, не доверял абы каким источникам. И, наконец, в путешествиях на газеты часто не оставалось времени, точно также как и в маггловском транспорте их особенно не почитаешь.
[indent] Находясь на юго-востоке Болгарии Том возвращаться в Западную Европу, и тем более в Британию, не планировал. Как уже упоминалось в самом начале: долго, вообще и в принципе. Однако одно письмо всё-таки заставило британца с раздражением изменить свою навигацию на ближайшее время: из его сумки вылез Пифон, малфоевский питомец. И нет, Абраксас в своём послании не рассказывал о жизни, не делился новостями, а, грубо говоря, в панике просил помощи. Подчёркивал, что это важно, что не знал, что делать, что только Наследник способен ему помочь. И, вероятно, так оно и было. Том прекрасно знал, что блондин в курсе планов Реддла на длительное путешествие и не-возвращение на родину, потому, случись чепуха, писать бы не стал, просто обратившись к специалистам. Но он написал. Выводы очевидны. Настроение подпортилось, планы подпортились, финансовые расчёты подпортились, ряд встреч слетело. Британец недоволен, британец раздражён, однако Малфоя не бросит. Он, как никак, являлся волшебником, которого Наследник желал видеть в мире будущего. Образцовый аристократ с образцовой родословной и правильным видением жизни. Помрёт - будет большой, значительной, ощутимой утратой. Особенно если учесть, что наследником блондин обзавестись пока так и не успел. В общем-то, даже с точки зрения прагматизма отреагировать на письмо стоило, не говоря уже о том, что с Абраксасом у Реддла сложились пускай и своеобразные, но довольно близкие отношения. Особые, ценные, «красивые». Пока ещё брюнет своих не бросал, будучи мразью, но идеологически-одержимой мразью, а значит лидерство своё смаковал не только на громкие слова, но и на конкретные поступки.
[indent] На третий день получения письма прибыть в Британию - как раз один из таких конкретных поступков. Увы, границы - это не быстро, как и все имеющиеся виды транспорта. Кое-где порталы, кое-где поезд, кое-где аппарация. Малфой не писал, что умирает, значит в действительности жизни его как минимум краткосрочно ничего не угрожало. Если бы угрожало, то блондин написал бы это большими буквами в первой же строке, и ими же письмо окончил: «... со всем уважением напоминаю, что я немного умираю, и если ты мне поможешь, я буду бесконечно признателен», подчёркнуто три раза. Однако ничего подобного в послании не было. Значит, дело в чём-то другом. Серьёзном, но недостаточно серьёзном, чтобы путь с другого конца Европы в Туманный Альбион с элементами анонимности для магических министерств стал вдруг летальным для Абраксаса. Свои перемещения Наследник всё равно старался не засвечивать, будучи, как всем известно, странноватым и очень подозрительным.

[indent] Малфой-Мэнор, разумеется, ничуть не изменился. Детали в саду, вроде изменения цветов или их композиции, однако это лишь мелочи. В глобальном смысле величественный мини-замок стабилен, твёрд и прекрасен. В небольшой прогулке Наследник себе не отказал, руководствуясь простым расчётом: если Абраксас не умер за три дня (о чём бы ему доложили сразу несколько источников), то за пятнадцать минут не откинется. В конце-то концов, Реддл имел на это право.
[indent] За эти годы Том также глобально не изменился. Немного оброс растительностью на лице, чтобы не привлекать к себе внимания и не столь разительно отличаться от юго-восточных европейцев. Самую малость загорел, будучи теперь не бледным, подобно мертвецу, а среднестатистическим белом человеком. Одежду неизменно выбирал строгую, максимально простую, выдержанную и прочную - не до моды ему там,  никак не до моды. Разве что рубашки с широкими рукавами продолжали оставаться подобием слабости, но да все же, так или иначе, стремились сохранять привычный для себя облик даже в новых, отличающихся от привычных условиях?
[indent] - Мисс Малфой, добрый день, - когда незнакомая ему выточенная девушка открыла дверь, Том логично принял её за сестру, тётю или ещё какую дальнюю родственницу. Про громкие браки он не слышал, приятель сообщил бы. Потому, стало быть, мисс Малфой. Хорошо, ещё одна чистокровная волшебница в копилку будущего. Оно и объясняло, почему блондинка казалась ему очень знакомой. - Абраксас сообщил о том, что я должен навестить его? - логично следовало из ситуации. - Насколько всё плохо, он в состоянии разговаривать? Мне нужно его видеть, - действительно. Если к Браксу уже и родственники приехали, то дела в самом деле могут быть не очень. Британец сохранял спокойствие, выдержку и статность. В общем-то, как и всегда. Паника ему не присуща: вместо этого он лучше сразу примется решать вопрос, не теряя более времени на формальности. Пользы от этого куда больше. [AVA]http://s1.uploads.ru/pZhJ3.jpg[/AVA]

+2

4

[indent] Мир треснул. Трещина пошла от верхнего края, точно от середины, молнией пробежалась по его жизни. Две ночи он дурно спал и просыпался не менее трех раз за ночь. Каждый раз от видения о том, как искажались некогда мужиковатые черты лица, как рвалась в клочья тонкая ткань бытия, и треск сломанной жизни все больше напоминал хруст костей. Слишком тяжело, слишком тесно, слишком стыдно выносить трансформацию подобного рода и носить эту хрупкую человеческую оболочку. Три дня Абраксас маялся, штудировал магические трактаты от и до, обращался и к Темной магии, и к изучению ритуалов и специальных артефактов, способных избавить его от настигшего проклятия. Когда ломило виски от боли, ходил по поместью, пару раз заглядывал в будуар супруги. Потом надо будет решить, что делать со всем этими вещами, что она оставила здесь. Абраксас осторожно переступил через лежащую на полу блузку и опустился на пуф перед роскошным трюмо. Устало равнодушный взгляд остановился на отражении женщины в безупречной мужской мантии. Даже посреди всего этого хаоса, он выглядел обесцвеченным негативом. Безликим, молчаливым и подавленным. Он рассеянно посмотрел на разбросанную по столу косметику, взял тюбик помады, снял колпачок и мазнул по нижней губе. Нет, совершенно не подходит. Он тщательно стер алое пятно салфеткой. Что тут еще? Следующий цвет был нанесен тщательнее, по контуру губ и до уголков. Уже лучше. Не забыть промакнуть все той же салфеткой. Жена всегда так делала. Правда, она наносила помаду, когда макияж был уже завершен. Сначала основа, тональник, пудра. Или на скорую руку обходилась особыми чарами, он даже не знал таких. Бракс коснулся пуховкой щек. Надо же, приятно. Пригладил пальцем брови, оттянув их немного вверх. Да, вот такая линия, словно немного удивленная и открытая ему бы вполне подошла. Что там еще? Тени. Пожалуй, вот эти, зеленовато-серого оттенка. И капельку перламутра. Интересно, а внутренний и внешний уголок глаза красятся с одной интенсивностью? Раньше он не понимал, зачем Гестия открывает рот, когда красит ресницы, но, оказывается, это так естественно. Хоть никак не влияет на уровень натяжения кожи. Зачем тогда открывать? Не понятно. Умопомрачение какое-то. Нелепо, абсурдно, но так, по крайней мере, можно было дышать. Он взял со стола одинокую серьгу и примерил к уху. На редкость вульгарная вещь. Сюда бы подошло что-то совершенно иное. Удавка дорогого галстука соскользнула на пол шелковистой змеей. Бракс расстегнул верхние пуговицы рубашки и выбрал цепочку с голубой каплей. Вот так, прямо в ямочке между ключиц ей самое место.
И вот тут ошпарило изнутри взрывной волной противоречивых  эмоций. Да что с ним происходит!? Наваждение какое-то. Жаркое чувство стыда, растерянность до оцепенения и  мерзлое, липкое чувство страха. Впрочем, даже с этим букетом можно было бы жить, если бы не осознание нарушения «правил». Тех самых негласных и вечных, на которых зиждется стабильность окружающего мира.
[indent] Где-то здесь должны быть салфетки или чем женщины вообще смывают боевой раскрас? Пришлось взять первое попавшееся под руку полотенце и тщательно стереть все это безобразие. Если бы можно было содрать кожу с лица… А так только темные пятна на белой ткани и, о Мерлин и Моргана, размазанные круги под глазами. Малфой плеснул на край полотенца из ближайшей цветочной вазы и вторично прошелся по векам. Так-то лучше и хоть не заметно, как дрожат руки. Чудовищная, абсурдная ситуация. Позор на весь род. За то какая новость для газет, поэтому сидел затворником все время ожидания помощи. Мысли скачут с одного на другое как блохи по бродячей собаке. Что делать? Уже ничего. Удивительно, но что ввиду его внешнего облика даже домовики посчитали его хрупкой фиалкой, которая, столкнувшись с жизненными трудностями растеряет все свои лепестки. Абраксас всех троих избил тростью чуть ли не до полусмерти. В тонкой женской ручке та взлетала на манер дирижерской палочки, со свистом рассекая воздух.
[indent] Третьего дня утром он все-таки вернулся в гардеробную миссис Малфой, выдернул первое попавшееся платье и туфли и облачился в них. Именно в этом виде предстала Абраксия Малфой дорогому гостю, который с порога обознался. Впрочем, едва ли его можно было в этом винить.
[indent] - Да, разговаривать пока в состоянии. – Пропуская вперед гостя и накрепко закрывая за ним дверь, фарфоровая блондинка с подозрением поозиралась по сторонам. Она по-хозяйски повела молодого человека вглубь дома, ориентируясь быстро и естественно. В кабинете в камине тлели ярко-красные угли.
[indent] - Проходи. Присаживайся. - Махнув рукой в сторону дивана и кресла, дама в белом принялась нервно ходить из стороны в сторону, словно и забыла что от нее ждут кого-то позвать. - Я не знаю, что мне делать. Я в отчаянии, ты должен мне помочь…
[indent] Ноги ломит просто невыносимо. Как Гестию угораздило купить такие тесные туфли? Это же испанские сапоги, а не туфли. Нет, если посмотреть, то сидят просто идеально, белая лакированная кожа, классическая изящная шпилька. Но каждый шаг заставляет вспомнить о русалках. Красота, вне всякого сомнения, требует жертв. Но не таких же! Как женщины вообще на них ходят?! Пришлось опереться рукой на одну каминную полку и попытаться снять с ноги орудие пыток. Не тут то было. Кажется, что туфли просто вросли в кожу, и если Малфою все же удастся сорвать их, на подкладке останется кровь, а то и клочья кожи с мясом. На деле же все банально – заел крючок на застежке. Леди расстроено вздохнула и кратко стукнула посеребренным концом трости о пол. С легким хлопком в комнате появилась маленькая Мудилия, принесшая на подносе бутылку «Огдена» и два бокала, поставила на столик и во все глаза глядя на Тома, попятилась назад. Бросила зашуганный взгляд на его колени и с хлопком исчезла с глаз долой.
[indent] - Том, это я, Бракс. – Женщина подняла руку и автоматическим жестом провела по волосам назад – там, где теперь в укладке лежали платиновые локоны. - Не веришь? - Увидеть себя чужими глазами в этот момент не самая хорошая идея. Ведь он снаружи был миловидной леди, а чувствовал себя вынарядившимся мужиком посреди отвратительного хаоса. Настолько отвратительного, что невозможно понять, что вызывает больше отвращения – платье на мужском теле (хотя тело было истинно женским) или бардак из гор книг и кусков пергаментов вокруг. Наступали странные моменты, когда лично Абраксасу бардак и безвкусица возмущали больше. Что подумает друг? Что перед ним больной извращенец. И посмеется над ним.
[indent] - В 44-ом мы в Визжащей хижине накурились пятнистой травы и… и я поклялся никому не рассказывать о том, как вел себя при этом. – Пусть смеется, но ему нужна была помощь, а прежде нужно было убедить, что он это он. Значит, стоило рассказать что-то, о чем знают исключительно лишь они двое – вот и выпалил. Точнее выпалила. Точнее… - Теперь веришь? – Подступив на пару шагов ближе, леди Малфой присела на округлый подлокотник кресла, в котором сидел гость и приблизила свое лицо, желая, чтобы друг узрел знакомые черты и заодно рассмотрела его. Похорошел, загорел, отрастил пижонские усы. И пах так приятно, как будто морской солью.
[indent] - Том, я не знаю, что со мной. То есть знаю, вижу, но… - Умоляюще смотрела, стискивая руки, лежащие на коленях, на подоле платья. - Помоги мне снять это проклятие, умоляю. – Где там был огневиски? Кажется, ему стоило сначала выпить.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

+2

5

[indent] Нельзя сказать, что внутренние подозрения и предчувствия стали чем-то неожиданном. Они, в общем-то, более чем уместны с того самого момента, как волшебник получил тревожное письмо от Абраксаса. Только, как оказалось, одно дело - бумага, а другое - вот это всё наяву, здесь и сейчас, в Малфой-Мэноре. Незнакомая родственница, о которой раньше ни слова сказано не было да справочники молчали, ещё и с хозяйскими замашками. Реддл что-то упустил? Бросьте, да не может быть, чтобы пропустил. У кого угодно, только не у Малфоев.
[indent] В своей неизменной и молчаливой манере он проследовал за светловолосой девушкой, отмечая между тем некоторые странности. Походка знакомая, но ноги... Они болят? Ей неудобно? Она не умеет ходить на каблуках? Странное сочетание с выразительной грацией, потому даже как-то не получилось следить зачем-то ещё, кроме её ног. Из чувства любопытства и прояснения, кто и зачем она есть, что ли. Но это ещё ничего.
[indent] Действительно странные вещи начались в тот момент, когда они поднялись в кабинет Абраксаса. Туда никто сторонний никогда не заходил. Понимаете, да? Нет, не любовница. Точно знает, что нет. Глаза не смогли не заметить беспорядка. Обилие книг, вырезок, записей, чертежей, тетрадей, словно бы довольно значительная часть библиотеки оказалась вынесена в кабинет. Значит, что-то искали.Но не нашли, аз Том здесь. Ещё раз покосившись на неровные хаотичные стопки и разбросанные книги, юноша присел в кресло, переведя взгляд на блондинку. Молчал, продолжив всё более пристальное наблюдение.
[indent] У неё в самом деле болели ноги. После хождения туда-сюда это стало с концами понятно. Но гость всё равно ничего не говорил, лишь ожидал, что же случится дальше. И, так уж получилось, ожидал совсем не зря. Сначала блондинка попыталась избавиться от обуви. Ей это далось не сразу, не слишком успешно и, в общем-то, не то чтобы элегантно, как следовало бы из её внешнего вида (по крайней мере, как-то так бы подобное представил брюнет). И это неправильно, это не лаконично, это не представляло из себя единой картины. Вслед за странными попытками снять туфли последовали и слова. Вот тогда-то Реддл и почувствовал себя немного лишним на этом празднике жизни. Юмор, шутка, семейные ролевые игры, гипноз? Нет, Абраксас ради такого бы его не звал слёзно, да и письмо бы само по себе не написалось, тем более бы не дошло.
[indent] Ещё более молчаливо, чем просто молчаливо, юноша проследил за каждым движением, жестом и микро-жестом блондинки, едва щурясь своими неизменно чёрными глазами. Даже тьма не догоняла и не слишком хотела догонять, ибо то происходящее - абсурд. Не смешной, не задорный, не весёлый. Глупый, жестокий и какой-то на первый взгляд даже безнадёжный.
[indent] От озвученного в дальнейшем Наследник в лице не изменился. Просто потому, что в голове сверялись факты, склеивалось воедино и, в общем-то, оно приводило как раз к той картине, что перед ним сейчас и разворачивалась. Ужасная, отвратительная, недопустимая. Нет, не Малфой, как уже отмечалось, красивая и вот это всё, а ситуация. Случай. Провал. Ну и ведь нет, не может быть. С кем (нет) угодно, только не с Абраксасом! Надо же иметь совесть, ну правда.
[indent] Только лишь едва повёл бровями, которые вскоре вернулись на своё прежнее положение: мимика умерла, впав в своей глубочайший из возможных анабиозов. Куда-то туда же провалились остатки личности прагматичного реалиста Тома Реддла. Видимо, там же покоилась и мужественность Абраксаса. Короткий взгляд на книги - всё понятно, снова на блондинку. Ясно, понятно, всё с ног на голову. Проклятие, изменения, помощь. Как заставить себя это принять и действовать? Пауза, молчание, уточните попозже. Даже Наследнику Салазара порой тяжело осознавать некоторые события. Жизнь готовила к войне и борьбе, но не вот... к такому.
[indent] Юноша неизменно молча принялся изучать Малфоя очень внимательно, буквально досконально и теперь с (безысходным) интересом. Ну точно, его черты; его черты у неё. Потому и знакомая, потому и здесь. Красивая, с мужицкими повадками, приятно пахнет, ищет помощи у Тома. В общем-то, почти всё также, как и обычно. Почти.
[indent] - Мне нужно выпить, - как-то даже глухо и бесцветно выдал юноша низким голосом на полу-автоматизме, осознавая истинность происходящего и необходимость это принять, однако имея полное нежелание совершать любую из двух опций. Вот теперь он в самом деле пялился на Бракса. Его полноценного женатого главу рода Малфоев, литого аристократа. Когда-то, но не сейчас.[AVA]http://s1.uploads.ru/pZhJ3.jpg[/AVA]

+1

6

[indent] Унизительно.
[indent] Вот она, заслуженная расплата по счетам, когда с лёгкостью присваиваешь и пользуешь всякую миленькую дырку доступных в цене сук. Можно кормить их с рук, можно лапать меж сладких бёдер с хозяйской вальяжностью, можно унижать грязнокровных шлюх, заставляя облизывать шпиль своей трости, распластывать по стенкам и койкам с садистским вожделением издеваясь над грязными падшими дурочками с завязанными глазами, недостойными его взгляда. А теперь Абраксас страдал. Страдал с чувством и с тоской безысходности. Он каждую секунду этих трёх дней проживал в странном метафизическом состоянии. Иногда он ненавидел себя, мучительно презирал и не находил покой, вышагивая в развалочку и готовясь сносить все на своём пути, уничтожить всякую женскую тварь, попавшуюся на своём пути. Иногда забывался, трепетно подправляя причёску или испытывая непреодолимое желание помазать руки увлажняющим кремом с ароматом мяты и мелиссы, потому что он ведь так вкусно пахнет, и кожа от них удивительно мягкая. И такие порывы время от времени словно были сильнее него, прорываясь с неподдельной искренностью и заглушая все остальное, заставляя жить и чувствовать себя совсем иначе, но стыдно признаться даже самому себе, самую малость это было почти приятно. Весь этот коктейль испытываемых чувств и эмоций, поднимающийся из глубины наружу, являл себя визуально в причудливой смеси то исключительно мужицких замашек, то женственной пластики и аристократической грации.
[indent] Так происходило и сейчас.
[indent] - Это случилось три дня назад. Я просто проснулась... – Запнулся, пауза, неловкость. - Проснулся и обнаружил себя вот так. – Абраксия поднялась с кресла и сделала жест руками, махнув спереди, как бы показывая на свой внешний вид, не заметить которого было невозможно. Женщина плавно двинулась к столику из массивного дерева на изогнутых ножках, загребла аккуратными пальчиками бутылку огневиски и плеснула в стакан. Потом оценивающе взглянула на дозу и добавила еще на два пальца. Но прежде чем вернуть бутылку на стол, а бокал гостю, блондинка обхватила горлышко пятерней и поднесла ко рту, из горла хлебнув пару глотков. Жест, выглядящий вульгарно для изысканной Абраксии и отчетливо вписывающийся для отчаявшегося Абраксаса. Крепкий огневиски обжег глотком нежное новорожденное горло женщины, заставив поморщить красивое лицо и дотронуться пальцами до уголка губ. Он оттягивал эту анестезию все три дня, боясь, что если в одиночестве единожды приложится, то к приезду жены попросту сопьется от горя.
[indent] - Ты что-нибудь слышал о проклятиях такого рода? – Абраксия шагнула обратно к гостю, протянув ему напиток. - От этого есть антидот? – Шелестя белоснежным подолом платья, леди Малфой вернулась к столу, извлекла портсигар с сигаретами и достала одну. На фоне недавно мужиковатой манерки хлебать из бутылки, курево она держала в руке жеманно и красиво. Так же и прикуривала. Взращенный магией огонек ласково встретился с папироской, когда дама манерно закурила, изгибом кисти поводя по воздуху и выдыхая в сторону облачко густого пахучего дыма. Серые глаза пронзали Тома насквозь. А Том… Том сидел монументом маленькой внутренней смерти, когда крошки души скукожились и со звоном провалились в метафизическую бездну. Так казалось Абраксии. И это ее совсем не утешало.
[indent] - Том, не молчи, мне кажется, я схожу с ума. - Завязнув взглядом на двух его черных жгучих угольках под прикрытием складок век, Малфой опиралась фигуристым бедром об угол стола, продолжая раскручивать спираль этого абсурдного сценария, словно ожидая, что кто-то из них двоих должен оказаться разумнее и остановить это все, превратив в шутку и расколдовать ее.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

+1

7

[indent] В глазах Тома читалась безысходность. Бесконечная, шокирующая, едва ли не полностью заполнившая туман и темноту внутри его глаз. Он просто продолжал молча наблюдать, не проронив более ни слова. В голове, среди пустоты и где-то рядом с горечью утраты (да, даже такой оттенок затерялся в разуме гениального Наследника, насладитесь же уровнем болезненного ситуативного абсурда), намешивались и перелистывались варианты. Десятки, если не сотни возможных заклятий, ритуалов, приданий и далее по списку. Мёртвый внутри Том продолжал дотлевать, пялиться на Абраксаса (нет, Мерлин, почему он!) и обдумывать то, как исправить ситуацию. Где-то внутри, в самой-самой дали своей разорванной, нездоровой и искажённой некоторыми правилами души, юноша злорадствовал. Нагулялся, догулялся, докатился - шлюхи и животные грязнокровки ни к чему хорошему не привели, так Малфою и надо. Его похождения Реддл никогда не одобрял, чего не скрывал. К наглую менять приятеля, конечно, не лез, но... но по итогу это сделал кто-то ещё. Справедливо, но очень, в крайней степени жестоко - это Том также отметил, потому-то злорадство и расположил где-то в конце скупого хит-парада эмоций волшебника на данный момент. Ибо да, справедливо, да, оскорбительно, но магия сильная. Её не абы кто накладывал, не абы кто продумывал, и уж одно Наследник знал наверняка: для того, чтобы навести подобное, нужно хорошо знать жертву, ещё лучше подготовиться и уж тем более быть готовый(-ой) к тому, чем обернётся подобная магия. Стало быть, кое-какие общие догадки касательно механизма проклятия у Реддла имелись, однако полной схемы он пока не составил, теряясь в целом ворохе доводов и догадок. Проще снять продвинутое проклятие на смерть или паралич, чем вот это. Смена пола на первый взгляд - чепуха, однако на деле полностью меняло внешнюю (только ли?) составляющую человека,  потому, если вдуматься, работа колоссальная. Колоссальная, чтобы заколдовать, и совсем колоссальная для того, чтобы расколдовать.
[indent] Всё также наблюдая частью внимания за блондинкой, но не совсем «ой», из мыслей себя юноша выдернул с трудом. Только тогда, когда в руке казался бокал. К сожалению, мужицкое, но от женщины поведение волшебник успел уловить, от чего тоже как-то... нечего было сказать. Что женщине красота, то мужчине не в достоинство; что мужчине красота, то женщине вульгарность. Или как-то так. Том не выдержал и увёл взгляд, почти не моргая уставившись на ножки стола. Брови немного напряглись. Даже и не заметил, как залпом выпил весь стакан. Даже вкуса не почувствовал, даже жжения.
[indent] - Слышал, - глухо подтвердил Реддл, - но лично не сталкивался, - и отсёк на корню вариант «просто вернуть всё назад, шутке конец, а кто слушал - тот пусть ловит Круцио, ибо не помог, не молодец». На Абраксаса смотреть от части не хотелось, потому что в нём столько надежды и отчаяния, что циничному нутру брюнета, подобное не воспринимающему, даже почти на физическом уроне неприятно становилось. Да и блондинка хоть и была крайне приятна глазу, а всё-таки пока воспринималась Реддлом с трудом. Ему нужно привыкнуть.
[indent] Она хотела услышать ответы и получить панацею, а Том не мог дать ей ни первого, ни второго вот так вот сразу. Краем глаза заметил бутылку «Огдена», притянул её к себе со стола. Полез в сумку за совсем крохотным пузырьком. Молча капнул из него пять капель, взболтал бутылку. Цвет напитка приобрёл фиолетовый оттенок, однако Реддл уже не обращал на это никакого внимания. Его экспериментальная разработка на случай, если понадобится успокоить и разум, и мозг, и мысли, но при этом оставаться способным думать и здраво оценивать ситуацию. В купе с алкоголем словно бы чистую природную кислятину (пройдёт через минуту-две) в рот взял, но да ладно. Юноша, всё также пялясь на ножки стола в едва-уловимом рассуждении и напряжении, отпил очень значительную часть оставшегося в бутылке, в неудовольствии от ситуации повёл усами, на секунду зажевал губу. А затем перевёл-таки взгляд на блондинку.  Она тоже смотрела, по-прежнему ждала ответа, успокоения и, всё так же, разрешения этого ужасного положения, а волшебник по-прежнему не мог дать это всё здесь и сейчас.
[indent] - Это сложная магия, Абр... - нет, не Абраксас и не Бракс. Разбавленная консистенция позволила помочь принять ситуацию как есть, но тогда перед Том и не приятель совсем. Вернее, временно не совсем он. Потому и воспринимать, и общаться стоило как-то так: уровень эмоциональность и «женского мышления» юноша пока для себя не определил, чтобы делать выводы. Просто упустил имя, драккл с ним. - Кто-то на тебя в сильнейшей из обид, раз смог провернуть подобное. Какая из обиженных, или все вместе взятые? - можно было подумать, что Том насмехается, слова к этому располагали, однако голос юноши звучал скорее как рассуждающая констатация. Кто-то из шлюх или любовниц обиделась смертельной обидой, не пожалела времени, сил и денег, чтобы обречь похотливого аристократа на... две передних и краник долой. Он глотнул ещё из бутылки, после поднявшись на ноги и отставив её вместе с бокалом на стол, Устроился рядом с блондинкой, скрестив руки и продолжив. - Даже мне нужно время, чтобы разобраться с этим. Проклятия - это тоже наука, и я должен понять, с чем именно имею дело. Насколько... существенны изменения, - перестав пялиться в пол, Том покосился на блондинку. - Кроме того, как ты выглядишь эти дни, изменилось ли что-то ещё? Может, мировоззрение, ощущения, привычки? Что угодно, - и нужно проявить сострадание, деликатность, дракклы знают что ещё. Но Реддл оставался Реддлом, и в данном случае, спасибо мёртвости внутри, алкоголю и настойке: волшебник просто спрашивал то, что ему нужно для дела. Блондинка не плакала, значит была настроена решительно. Кроме того, Малфой знал...а, какой он - Наследник Слизерина, и из канонов собственного поведения брюнет не выходил. И в его в нынешних обстоятельствах тоже можно понять, знаете ли. Главное абстрагироваться и воспринимать это исключительно как новое испытание, сложная задача, не задаваясь лишними вопросами и не рассматривая то, чего раньше к Малфоя не было, но что имелось сейчас. [AVA]http://s1.uploads.ru/pZhJ3.jpg[/AVA]

0

8

[indent] Две недели назад. Знаменитые ночи только для взрослых и избранных. Для тех немногих, кто любит остроту на грани. И кто приходит всегда в масках. Немногие рискнут признать, что бывали здесь. В роскошной гостиной царит полумрак. Неровное пламя свечей. Человеческие фигуры, похожие на тени. Тяжелый пряный аромат тлеющих трав, от которых тяжелеет голова. Дымка вокруг странных свечей. Вино. Абраксас предпочитал расположиться в кресле. Кажется, он о чём-то задумался. С видом хозяина ночи он через прорези маски холодно наблюдал за происходящим, пока на ковре у его ног сидела стройная блондинка, чье полуобнаженное тело освещали неверные отблески свечей. Тот бордель быстро снискал славу и почитателей, а Малфой по персональному пригласительному оказался в таком цветнике, что порой сам себе завидовал. «Цветник» притворно взвизгивал, когда господину случалось ущипнуть чью-нибудь аппетитную задницу или потрепать за щёчку. Подвыпивший Малфой не раз заявлял, что каждая – слышите, каждая! – словно родная обожаемая дама сердца. Но сколь бы искренними ни были эти заявления… Можно любоваться красивым зверем, восхищаться, но в азарте охоты и в голову не придёт упустить, придержать собак или отвести чьё-то ружьё. И своя рука не дрогнет.
[indent] - Откуда мне знать какая стерва могла такое сотворить? – женщина курит сигарету медленно, задумчиво и красиво, как это может делать человек, получающий истинное удовольствие от каждой затяжки. - Француженки меня любят, с моими любимицами из «Мулеты» я прощался полюбовно, без обид, здешние британские девочки поменялись, я даже имен не запоминал… - Вот они, проблемы белого человека. Может Кармен? Или Валентина… Она всегда была плохой девочкой. Малфой тяжело вздохнул – из женских уст это получилось томно. Он заслужил взгляд Реддла, пусть распинает его им сколько угодно, лишь бы только помог вылезти из этой шкуры, тогда Малфой раскается, падет на колени и поклянется честью рода держать свое хозяйство при себе и презентовать его одной лишь Гестии и то, по великим праздникам. Возможно.
[indent] - Разве я мог кого-то обидеть? – выразительные серые глаза глядят на Реддла с искренностью и непорочностью благородной красавицы. Абраксия затягивается в последний разок, чуть прищуриваясь от дыма, и тушит сигарету в стеклянной пепельнице на столе. – Гестия меня убьет. Нет, все, довольно с меня этих развлечений. - Он-она застывает на месте, глядя как Том разбавляет огневиски собственным зельем. Он-она ждет от него ответа, решения, действия. Жидкость переливается почти беззвучно, немного мутнеет. Он-она ждет. Он-она надеется. Том пьет. Он-она не выдерживает.
[indent] - Оставайся здесь до тех пор, пока мы не придумаем, как снять…это, - мрачно откликается, прежде чем протянуть ему навстречу руку, дотронуться до плеча и пару раз легонько провести пальцами – смахнуть осевшие на мантии пылинки. Блондинка слегка наклоняет голову набок, следом выправляя складку легкой струящейся ткани и обратив взгляд глаза в глаза, одергивает руку обратно, как застигнутая за постыдным непотребством.
[indent] - Это сложно объяснить. – Малфой отступила на шажок от приятеля и начала мерить движениями комнату в одну сторону и в другую, размеренно мельтеша перед глазами Реддла. - Иногда мне кажется, что мой разум начинает меняться. Это как…заражение. – Она сделала неопределенный жест руками, словно пытаясь им выразить, помочь донести все сложную гамму женско-мужских переживаний и гендерной неопределенности. Какой соблазн иной раз сделать вид, что не говоришь по-английски. А еще по-французски и по-испански. И вообще не разговариваешь от стыда. Слепоглухонемой извращенец. Сделать вид, притвориться, принять свою кару, а потом вечность прятаться в поместье как сказочное чудовище, чтобы загоревший посвежевший друг не обвинил тебя… Собственно, в чем? Ну не мог Бракс рассказать, как вечером второго дня словил себя за тем, что перебирал драгоценности в шкатулке жены на трюмо, нашел сапфировый гарнитур, который сам же ей дарил, и обнаружил его безобразно безвкусным до того, что вполне понял, почему она не забрала его с собой. Насмешливого взгляда Реддла в такой ситуации он бы не пережил. Или запер его здесь с собой навсегда, чтобы тот больше никогда и никому не рассказал о его горе. Впрочем, что-то такое он и предлагал только что вслух. Малфой с горделиво выпрямленной спиной ходила туда и обратно, переступая каблучками через скрученные свитки пергамента, безусловно бесполезные, цепляя их краями воздушного белого подола да между тем покусывала нижнюю губу тревожно.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (4 июля, 2017г. 20:28)

0

9

[indent] - Значит и это мне предстоит выяснить, ясно, - конечно, естественно, очевидно и понятно, что Бракс не знал, кто мог с ним так обойтись. Однако имей он хоть какое предположение, хоть какие-то подозрения или хотя бы место - оно бы немного облегчило задачу, сэкономив время. Том почувствовал, что бывший сокурсник не до конца честен с ним, что, снова, понятно, но нехорошо. Малфою нужна помощь Наследника - тогда Наследнику стоит знать всё, чтобы эту самую помощь оказать. Однако пока откровения не последовало, и Том не был уверен, что сейчас (ещё) готов был бы их услышать. Он принял ситуацию, понял проблему - стоит обдумать. Выяснить детали, когда появится представление о том, насколько Реддл имеет или не имеет понятие о том, с чем имел дело. А там и действовать. Сбивало разве что безнадёжное состояние блондинки. Вроде и гордая, и невозмутимая, и вся из себя, но... вы же только посмотрите: паника и безысходность пёрла изо всех щелей. Не самое приятное зрелище для лицезрения.
[indent] - Если понадобится выход в свет, которого не избежать - используем оборотку, чтобы не вызывать вопросов в критической ситуации, - Том рассуждал вслух, сразу рассматривая  положение вещей в широком понимании. С Гестией разобраться просто: сказать, что много дел, встречи, командировки в Европу и далее по списку. Конечно, явно не на такой поворот рассчитывал Наследник, прибывая в Малфой-Мэнор издалека, бросив все дела разной степени важности. Но, раз уж на то пошло, то ладно. Место Тому всегда нравилось, его обитатели тоже, и даже некоторый шарм в подобном находился. Потайные мечты сбываются или извращённая инструкция  к тому, как поселиться в Малфой-Мэноре, выпроводив супругу блондинистой... приятеля. Кто-то явно умирает как личность.
[indent] Юноша глазами продолжал следить за Малфоем, всё также не выходя из состояния раздумий. Так уж вышло, что наблюдал преимущественно за ногами. Ну, тканью. В общем-то, нейтрально, логично, и сразу видно, что Наследник ещё жив и не впал в глубочайший анабиоз под названием кома. Не для того ему нормальный и в коем-то веке здоровый цвет кожи да усы, чтобы умирать на столе в Малфой-Мэноре!
[indent] - Не мельтеши, - а всё-таки мешало, как оказалось. Поднял чернющие глаза на Абра... ксию. - Значит вот что: мне нужно время на подумать. И твоя голова со всем её непотребным содержанием. Прямо сейчас или завтра, или сейчас и завтра, чтобы отследить, есть ли прогресс, - британец даже пальцы в волосы на затылке запустил, принявшись их перебирать, не прекращая процесса размышлений. Как сделать лучше? И, вообще-то, сути да подробностей блондинка ему так и не выдала. О чём-то это тоже вполне себе могло говорить. - Я не понял, что значит «начинает меняться», тогда хоть просмотрю, - бросьте, он-она же не против, чтобы Том прошарился в её голове с особой настойчивостью, интересом и риском, заглянув в каждую щель и пытаясь распознать весь спектр того, что испытывал он, будучи она? Признаться, у Реддла имелись сомнения. Он вообще как-то неожиданно для себя осознал всю деликатность ситуации. Если дело не только в физиологии, а затронуто да привило что-то ещё, то могут выйти проблемы и с легилименцией, и с разговорами. Одно дело, когда Тому о своих похождениях во всех подробностях рассказывал Абраксас - мужчина, бывший сокурсник, одного с Реддлом пола да и в целом лидер; а другое, когда новоиспечённая  барышня - повадки и взгляды на жизнь остались те же, однако и пол поменялся, и слова из её уст теперь будут звучать иначе, со всеми этими придыханиями, интонации и прочим. Леди Малфой со скрывающимся внутри мистером Малфоем явно это понимала, потому наличие стеснения, неловкости и родственных им составляющих, мешающих откровению и установлению истины, британец не отрицал, полагая, что таковые могут иметь место. И винить в этом блондинку было бы совершенно глупо: кроме приведшего к возникновению данной ситуации образа жизни Малфой ни в чём не виноват...а.
[indent] - Тебе ещё есть, что сказать? Я хочу отдохнуть с дороги, - «раз уж мы не торопимся», - невесело констатировал брюнет. А там, если что, можно на свежую голову и с принятием факта покопаться в голове. Если Абраксия решится.
[AVA]http://s1.uploads.ru/pZhJ3.jpg[/AVA]

0

10

[indent] Блондинка замерла на месте от повелительного «не мельтеши». Остановилась. Перенесла вес на одно бедро. Разница в деталях. Там, где Абраксас стоял вытянувшись в струну – Абраксия норовила жеманно принять позу. Там, где Абраксас смыкал челюсть, сжимая зубы – Абраксия прикусывала губу. Там, где мужчины руководствовались логикой и разумом, у женщин – эмоции и чувства. И против этого не попрешь, таковы были законы природы. Вот и сейчас, испытав радость от появления Реддла, Малфой скачком вернулась обратно на уровень прежних переживаний, подстрекаемая тем, что с кондачка Тому нечего было ей предложить.
[indent] - Вергилий проводит тебя в твою комнату, - безжизненным тоном. На непередаваемом внутреннем порыве неистово захотелось поднести руки к лицу, закрывшись ладонями, так сентиментально, но где-то на полпути взмаха, Абраксия прервала саму себя и просто махнула рукой на дверь, жестом в продолжение своих слов. Один из домовиков семейства Малфой, ушастый безобидный малый в хлопковом клетчатом рубище со щелчком материализовался возле двери кабинета, ожидая пока господин изволит выйти, чтобы проводить в отведенные ему покои. Те же самые, в которых Том жил всегда, когда гостил у них, а потому, он, конечно, и сам мог бы найти дорогу, но хозяйское распоряжение уже было озвучено как особый церемониал.
[indent] Окончательно расстроенная Малфой пала в широкое кресло, закрыв бледной ручкой половину лица. Дракклова бабья натура – что у них со слезными железами, почему они так непотребно расхлябаны и плохо поддаются внутреннему контролю? Абраксас резко ударил кулаком по столбу, поднялся и ушел в спальню. Почти до самого вечера, он не показывался из своих покоев.
В Малфой-Мэноре как всегда царит неподвижность. Возвышенная тишина сродни развороченным трупам всех почивших на букву М. Кругом величественная статика. Бронзовые стойки кроватей, замысловатые орнаменты на мебели, гладкие стены, и коллекция острых ножей. Столовая неизменно остается в юго-восточном крыле, здесь проводили свои обеды и ужины несколько поколений Малфоев, здесь же проводили свой ужин Бракс и Гестия перед ее отъездом, но после ссоры, когда сидели напротив избегая смотреть друг на друга, похожие на заблудшие корабли в гавани, пережившей шторм. С тех пор, Абраксас там не трапезничает, приказывая подавать еду ему в кабинет, гостиную, библиотеку или спальню, и тоже самое сделать для гостя.
Вечером, после ужина, переодевшись в черное платье и черные лодочки, как по трауру по своей сущности, Бракс прошел к комнате Тома и постучался.
[indent] - Том? Это я. – К высокому нежному тембру собственного голоса он уже почти привык, точнее, как минимум перестал вздрагивать от первого собственного звучания. Малфой просочилась в комнату, чуть замерла на пороге и затем процокала каблуками вперед, приближаясь к приятелю. – У тебя все в порядке? Скажи, если тебе что-то понадобится, дом и эльфы как всегда в твоем распоряжении.
Леди Малфой присела на край гостевой постели. Потухшие серые глаза скользили по знакомому интерьеру, оттягивая встречу глаза в глаза с другом. Пора, давно пора было отринуть прочь эту скованность и позволить Реддлу помочь ему, ведь в конце–то концов он для этого сюда прибыл, отбросил прочь свои дела, коих, Абраксас не сомневался, было много и все важные в своем коварстве, пожертвовал временем. Значит, пора было что-то предпринять. По крайней мере, попробовать. Малфой сняла туфельки и залезла с ногами на покрывало постели. Села, откинувшись назад на резную спинку, и вытянула вперед торчащие из-под черного атласного подола ноги. Ох уж эти аккуратные миниатюрные женские стопы с маленькими пальчиками.
[indent] - Кажется, ты что-то говорил о легилименции сегодня? – Взмахнула ресницами, поглядев на Наследника. - Думаю, я готов. Посмотри. Может это чем-нибудь поможет.
[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (9 июля, 2017г. 10:48)

0

11

[indent] В комнату Том направился в испорченном настроении. Невозможность с ходу решить проблему Малфоя - это удар по самооценке, сотканной не на пустом месте. Удар ощутимый, ведь и приятель был ему не абы кем. Верил в него, рассчитывал на помощь, а Реддл, Сам Наследник Салазара Слизерина, оказался не в состоянии с ходу помочь ему. Улавливаете почти трагедию для эго, да? Британец, конечно же, взял себя в руки быстро, вернулся к прагматизму и взвешенной оценке ситуации. Да, не смог. Но так раньше с таким не сталкивался - поможет ещё. Дела не летальное, ведь время у них было. Лишь бы только не излишне медлить: не дай Мерлин, Абраксасу ещё и понравится, затянется в бытие женщиной, а там и пиши-прощай, конец роду Малфоев. Гротеск, конечно же, но не сказать, что слишком далёкий от реальности.
[indent] На несколько часов с дороги гость (завсегдатай Мэнора, вон, и комната отдельная есть, чего уж скромничать) позволил себе отключиться, чтобы отдохнуть. Ровно четыре часа мёртвого сна без единой картинки в голове, а после запланированное пробуждение. Мысль о проклятии, наложенном на блондина, почти мучила волшебника, потому делом принципа и (почти) чести стало не оттягивать. В конце-то концов, даже с точки зрения собственных планов Том не мог задерживаться здесь надолго. Потому сразу же полез в свою сумку с расширением. Книг там было на небольшую библиотеку. Пергамент, перо, какие-то рукописные пометки. В сумке всё строго разложено, однако в реальности, вне её пределов, так не было: Реддлу бы понять, что и насколько проклятье затрагивало. Виновника-то они вполне и вместе найдут, коли Малфой решится. А Малфой решится, не вопрос даже.
[indent] Он выудил десятки записей, несколько пустых листов, книги. Разложил их на полу изначально идеально ровно, однако по ходу дела то и дело двигая, перебирая, немного нарушая порядок. На каких-то листах делал пометки, на каких-то рисовал формулы, на третьих отдельные слова. Как та заведённая игрушка шнырял от одно листа к другому, от книги к книге, от листа к листу, туда-сюда по полу. С головой, как и бывало часто, ушёл в процесс, не обращая внимания на время и подробности. Не заметил эльфа с обедом, только механически чай пригубил по ходу дела. float:right
[indent] Когда дверь открылась и на пороге появилась леди Малфой, Реддл даже как-то не сразу заметил, кивнул откуда-то с пола на автоматизме и рыская в знаниях своего не прекратив. Только когда по полу застучали каблуки юноша вернулся в реальность, обнаружив себя среди записей на полу, недалеко от себя блондинку и вообще вот это всё. Ненадолго поднял на неё взгляд. Несколько тёмных прядей упали на лоб, но на это юноша как-то внимания вовсе не обратил. Ну, бывает, ладно. Британец даже перестал рыться в бумагах, высказывая тем самым то, что присутствие заметил, и поднялся на ноги, мимолётно окинув всё то, что натворил на полу. Порядок наблюдался, но весьма хаотичный. А после перевёл взгляд на Абраксию. Да, Реддл полностью принял тот факт, что его близкий приятель сейчас являлся «она». Принятие и констатация подобного служили неплохим поводом поторопиться, не медлить; мотивация, одним словом.
[indent] - А, да, хорошо, - кое-как выудил ответ на формальность, о которой его спрашивали. Когда Малфой, к слову успела переодеться? Траур? Логично. И времени прошло немало, Том уловил, что не один час провозился с теоретической частью вопроса. Малфой пришла, чтобы преступить к практической? Да, так и оказалось. - Говорил, - кивок, проследил за блондинкой, постоял несколько секунд, а потом вспомнил, что и самому стоило присесть. Поправил рубашку, устроился на краю кровати, сложив обе руки (одну вместе с палочкой, ибо в том числе ею перебирал бумаги совсем недавно) на ноге. - Поможет, - капля уверенности, Реддл точно знал, что именно среди всего обилия событий и ощущений ему стоило искать. Да и как-никак, оно должно было воодушевить поникшую (да, Том заметил) Малой.
[indent] Лёгкий пасс палочкой в руке, не меняясь в положении. Бездонные и пустые глаза смотрят прямо на Абраксию - так проникновение происходило лучше, крепче и яснее.
[indent] - Мне нужны поводы для подобной мести за последний месяц. Супругу и родственников не исключаем, они тоже могут быть замешены, - в качестве виновных, свидетелей или поводов для ревности иным девицам, ведь кто ещё не знал про то, что Абраксас Малфой - женатый человек. Том пояснил девушке на всякий случай, чтобы та вдруг не застеснялась (и подобное британец тоже прогнозировал, приняв факт «женский пол» и вспоминая, что таковому свойственно), мол он не полезет куда попало. На далее, конечно, там наверняка будут моменты весьма (исключительно) личные, только вот они как раз те, в которые сам юноша бы ни за что не полез. Но, раз месть была жестока, то и повод у нее должен быть... исключительно в стиле блондина. К такому повороту Реддл тоже оказался готов.
[indent] До этого проникнув в сознание исключительно поверхностно, чтобы убедиться, что там все нормально и «мозговые аномалии» не заразительны, он двинулся глубже, столь же осторожно, как и в прошлые разы - уровень владения Тома легилименцией и не такое позволял. Теперь можно нырять и плавать, пускай только Абраксия даст направление: Наследник в самом деле не собирался рыться в чём попало, перебирая всё содержимое светлоголовой черепушки. По крайней мере, не сразу. [AVA]http://sd.uploads.ru/OGQ7u.jpg[/AVA]

0

12

[indent] Вид ползающего Темного Лорда по полу уютной комнаты для гостей в нейтральных бежевых тонах был поистине завораживающим в своей неординарности. По крайней мере, Абраксия на пару мгновениев залипла взором в пятящуюся пятую точку и фигуру величайшего темного волшебника, страх и ужас всея магического мира, который ползал на корачках между кусками пергаментов, раскрытых книг, чернильницы и еще чего, что он добыл из своих запасов. Такая увлеченность процессом исследования вдохнула в нее надежду. Он пытается. Он хочет ей помочь, а если Том чего-то хочет – Том добьется.
[indent] Он садится рядом. Смотрит так пытливо и серьезно. И подходит к делу с детективным талантом. Малфой чувствует себя не то свидетелем преступлением, не то как есть пострадавшим, которому предстоит вспоминать и опознавать. Под подозрением все. Теперь он немного нервничает, но успешно пытается давить в себе это женское волнение. Как мужчине ему нечего стесняться. Как Малфой он доверяет Тому, да и вообще уже когда-то спокойно вручал свое сознание ему. Настало время повторить.
Глубокий вдох и выдох. Она прикрывает веки и погружает его в свое сознание. Сегодня оно калейдоскоп. Яркие переливчатые пятна, что мелькают туда-сюда и некоторые можно приблизить, настроить фокус и рассмотреть, когда картинка в пятне станет отчетливой в своей видимости. Например, полутемная небольшая комната, одинокий огарок свечи, не затухающий посредством чар. Матрас съехал в сторону, скомканные, смятые простыни, раскиданные по полу вещи и хаотичность предметов в маленьком пространстве, как будто собака рожала. Он лежал на боку, подперев голову кулаком, а вторую руку запустив в черные кудри грудастой испанки и почти без акцента и без одежды выговаривая на испанском:
[indent] - Мне нравятся твои волосы, твои губы, твоя ебливая манерка, но назовешь меня еще раз «друг» или «миленький» и я тебя ударю. – Абраксас вцепился в волосы крепче, начиная жестко наматывать гриву на кулак, пока куртизанка хныкала под вялое «нет-нет, сеньор». – Женщины везде одинаковы. Их почему-то вечно заботят вещи, которому человеку в голову не приходят. К счастью, их легко обидеть, – с передаваемым физически чувством небрежности продолжил он. Он же, этот тон, передался и в надменный взгляд, тот скользнул на аккуратно покоившуюся на краю пепельницы недокуренную сигарету, один вид которой обещал его изощренному уму, что притушить ее можно и о смуглый пупок этой девицы, если только попробует рискнуть его ослушаться…
[indent] Картинка расплывается, мешается с другими, теряется где-то в бесчисленной череде прочих подобных, пока на ее месте не появляется другая. За ней другая, еще одна, и еще. Постные министерские рожи, терпящие надавливание на свой позвоночник авторитета мистера Малфоя. Друзья и знакомые, лебезящие на каких-то бессмысленных приемах. Где-то там даже затерялся образ двух маленьких мальчуганов, стоящих на лужайке, - блондин грубо забрал себе новенькую метлу модной модели у брюнета, не дав ему покататься первому. У Абраксаса за всю жизнь внезапно много недоброжелателей. С кем-то он потом налаживает связи, кто-то начинает его бояться, другие избегать. Последним пятном появляются знакомые своды Мэнора – холодные, чинные, увитые памятью поколений как плющом, как запахом полыни в гостиной, когда там разжигают камин. Худощавый стан, облаченный в небесно-голубую мантию, мог бы казаться хрупкой статуэткой, если бы тонкие руки в кружевных митенках не сжимали древо палочки так сильно, будто желали переломить его напрочь.
[indent] - Я требую объяснений. – Женский голос полон стали. Кажется, что извечно спокойная невозмутимая Гестия впервые дала волю своему гневу, но волю дозированную, как будто то и дело берет свои чувства под узцы, перерабатывая их внутри себя и направляя во что-то иное.
[indent] - Это сугубо мое личное дело, и я не намерен в том отчитываться! – рявкает Бракс, взмахивая тростью в сторону двери – та с шумным хлопком закрывается, заставляя портреты вздрогнуть. Он всегда был немного на взводе, но придирчивое воспитание и особенные чувства к супруге вынуждали держать при себе хватательный инстинкт, заставляя его выплескивать агрессию в окружающий мир, в то время как Гестия была для него под недостижимым куполом – при всем его паскудном нраве он никогда в жизни не поднимал и не поднимет ее руку. И тем не менее, сейчас он был зол как рассвирепевший по весне дракон.
[indent] - Смею напомнить, что я ношу твою фамилию. И репутацию, которую ты создаешь себе своими фривольными выходками, падает тенью и на меня. Поэтому я бы попросила тебя, Абраксас, почаще прислушиваться к голосу разума, а не инстинктам…всеядного животного.
[indent] Слова воспитательной отповеди подействовали как оплеуха, а воспоминания о том моменте так хорошенько обожгли, что Абраксия, вздрогнула, разом захлапывая ум. Резко вскинула руку к виску и дышала часто, словно только что от своей памяти физически бежала со всех ног, а не сидела ровно на постели.
[indent] - Извини. Ты в порядке?

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (9 июля, 2017г. 22:23)

+1

13

[indent] Тот момент, когда Том понимал Гестию, а не Абраксаса, поддерживая с моральной точки зрения женщину, а не мужчину. Момент настал, если вы не поняли. Ляп и нонсенс, однако справедливость да реальность были таковы; со справедливостью в понимании Тома у него всё было в порядке, как и с объективным восприятием реальности. И нет, не в обращении с грязными женщинами дело, хотя сам факт их наличия в жизни Малфоя и являлся негативным. С подобными обращаться стоит как угодно и, в общем-то, не то чтобы Реддл в принципе относил их к сколько нибудь личностям. Зато относил Абраксаса, зато относил Гестию. В семейную жизнь приятеля Том никогда не лез, закономерно относя это исключительно к его делам. Но вот, посмотрите, к чему эти исключительно личные дела блондина его привели - красавчика-самца не постеснялись проклясть настолько жестоко, насколько только подобному ему жизнелюбу и гордому «я глава рода Малфой» можно было. И, увы, вынужденно, но теперь всё вышеперечисленное Том игнорировать никак не мог. Как минимум потому, что его попросили, а первый случай не значил, что так и останется последним.
[indent] Реддл не фокусировался на блондине, блуждая по его радужной форме сознания на сей раз (отметил только само изменение, грубо говоря, от спокойной строгости воды до ярких воздушных стихий - следствие проклятья?), старался оставаться максимально отстранённым и в первую очередь наблюдать за людьми, окружавшими Малфоя, не за ним самим. Проститутки, партнёры, гости. Среди этого всего - затерявшееся воспоминание из действа, знакомые лица. Контраст. Но не повод для проклятья, вы же понимаете? Реддл цеплялся за новые и новые воспоминания, правда старался не проникаться их настроениями - ни натянутостью, ни эротизмом, ни агрессией, ни презрением. Последнего у него и без того достаточно в любое время дня и ночи. Почти получалось.
[indent] А потом Малфой поменялся внутри. Снова контраст, но уже не о том. Разговор, супруга, не совесть, но действительно задетое эго, ссора и... Реддл почти вздрогнул от того, насколько настойчиво его в секунду выбросило. Он не выпал из сознания совсем, оставшись на самой его окраине, однако покинул и воспоминания, и глубинное сознание.
[indent] Недолгая тишина, на самом деле тянувшаяся всего-то несколько секунд. Несколько секунд, за которые Наследник передумал, обдумал и пережил почти всё на свете. Что делать, как делать, кто виноват, а в чём вообще смысл проклятья, что конкретно должен был усвоить Абраксас. От столь резкого прекращения легилименции в голове немного тянуло, не то чтобы приятно, словно несколько раз слабо ударили по голове. Так бывает, Малой не первая. В её сознание он хотя бы изначально проник, что уже половина дела. Выводы, впрочем, весьма значительные юноша всё-таки сделал. Не то чтобы утешительные, но весьма себе с конкретикой.
[indent] «Жестокая женщина», - подумалось ему, поглядев на блондинку, с беспокойством потирающую виски, даже в чём-то словно бы виноватую.
[indent] - Так же неприятно выкинулось, как и тебе, - ни к чему не подавая вида отозвался Реддл в немного задумчивом и едва растерянном состоянии. - Ты?... - он вопросительно повёл бровями, оценивая состояние леди Малфой. Даже пододвинулся к части кровати, где на сидела, устроившись довольно близко. Протянул руку к запястью - ничего критического с пульсом. Ко лбу - лишь неожиданность, сейчас пройдёт. К шее - здесь биение столь же неровное от всплеска, но не опасное и временное. К сердцу в районе груди - обеспокоено, но не сбито. В подобном разбираться приходилось постольку поскольку. Где-то себе помочь, где-то посмотреть, не откинулась ли та или иная жертва от Круцио, где-то просто изучить последствия собственных действий. Только вот сам британец спокоен, выдержан, и всё в самом деле в порядке, блондинке не за что переживать. Она сама вынырнула на правильном воспоминании, потенциально найдя ответы: кто и за что. Не просто так, не даром. - ... в порядке, - негромко констатировал, переведя на неё взгляд и встретившись глаза в глаза.  [AVA]http://sd.uploads.ru/OGQ7u.jpg[/AVA]

+1

14

[indent] Вместе с легкой головной болью навалилось легкое чувство вины. Не стоило так резко отшвыривать от себя дурные воспоминания, которые зацепили за живое, и не вежливо выпихивать оттуда и Реддла. Теперь как будто дверью голову прищемило. К этому почти так же трудно привыкнуть как к собственной чувствительности и восприимчивости.
[indent] - Голова… - бормочет себе под нос Малфой, пока Реддл всматривался и двигался ближе. - Ерунда, скоро пройдет… наверное. – И продолжал как-то бессмысленно тереть висок, заодно краем сознания припоминая осталось ли обезболивающее зелье и если нет, то надо послать… Мысль обрывается в тот момент, когда ее руку аккуратно, но уверенно берут, отводят и щупают за запястье. Абраксия как-то сразу вся замирает и растерянно смотрит на сцепление рук – мягкий обхват вокруг. Все остальные другие возможные мысли ломаются и исчезают в пропасти, когда он дотрагивается до лба. Малфой глядит прямо перед собой, чутко прислушивается к происходящим действиям и ощущениям и наконец несмело тихо зовет:
[indent] - Том… - как будто хочет дальше что-то сказать, может уточнить, может напомнить, но больше не произносит ничего, впрочем и не мешает ему производить манипуляции. Следом, Реддл касается шеи, той самой ложбинки, где уже участилась в биении жилка. – Том… - вновь пытается что-то промямлить, но осекается, близко рассматривая серьезное сосредоточенное лицо. Каждый его жест такой на удивление уверенный в своей механике, такой… Абраксас испытывает сложные чувства даже чтобы подумать слово «заботливый» в отношении того, как сейчас касается его Реддл, но окончательно ошарашенным оказывается, когда вслед за прикосновением к шее (Абраксии было немного щекотно и хотелось наклонить голову и приподнять плечико, чтоб зажать там чужую руку) Том спокойно накрывает ладонью…ее грудь. Глубокий вдох и выдох. Косится вниз на собственное декольте, не вульгарно низкое, но приемлемое для классического покроя платья, где "холмы Венеры" матовостью кожи видны рельефом и ямкой. Мерлин, неужели она покраснела?
[indent] - Том, это… - что? Странно? Неправильно? Неприлично? Приятно? Моя грудь? Та штука, от которой который день непривычно спать на животе? Малфой посмотрела вниз на его руку, покоившуюся там, и от неожиданности даже не знала, как ей отреагировать. Вроде бы дамы обычно за такое дают звонкие пощечины. Но он вроде как немного не дама, а рядом с ним Реддл, а не абы кто, да и как все еще существующий где-то там истинный Абраксас Малфой даже мог понять его… - …это она сделала? – в конце концов, договаривает женский голос, ссылаясь на финальную увиденную ими сцену ссоры. - Она так наказала меня?
[indent] Заперла проклятием как сказочное чудовище, в замкнутых стенах личного замка, иллюзию свободы которым давал лишь сад, замыленные взору павильоны с павлинами и дорожки окружавшей территории, окна и двери, на самом деле превращавшие все в ловушку, где он, медленно деформировавшееся умом проклятое чудище метался в отчаянии и злобе.
[indent] - Мы сможем снять проклятие без ее участия? – Подносит свою руку к его и накрывает ее сверху, забывая про головную боль и ища поддержки. - Том, я так больше не могу. - Блондинка приподнимает пальчики, накрывая мягкими подушечками его широкие ногти, поглаживает доверительно и доверчиво, переплетает их пальцы рук, разрешая тактильной этой повестью передавать знания больше, чем во всем сказанном, жалобном, выплюнутом и молча проглоченном за всю сюрреалистичную встречу. Она знает, что сейчас он наверняка вновь возьмется за свои справочники, записи и дневники, будет ползать, скрупулезно что-то записывать или задумчиво чесать кончиком пера кончик носа. Абраксия хочет помочь, хочет быть полезной, если в ее силах изменить, раздери ее горгулья, в конце концов, в школе у нее всегда было «превосходно» по чарам.
[indent] В какой-то момент вечера она закрывает за ненужностью глаза. Она почти спит, творит и бредит, наяву впадая в транс, в раз позабыв о заклинаниях и заговорах, о техниках и видах, и не сразу отзывается на какой-то вопрос, отделившись разумом от слуха. Сон тянул ее за все конечности, заставляя устраиваться на мягкости подушки. Светлые пряди неряшливо падают на лицо. Малфой что-то шепчет в ответ на заданный много ранее вопрос, выворачиваясь на бок, и сама не замечает, как мирно засыпает на его постели, прямо в платье, собираясь клубком эмбриона, подтягивая колени к груди и пропуская длинные руки меж бедрами, зажимая, будто сковывая их в предплечьях, чтобы не расползались своевольно, не загребали то темное и жаркое, что окажется рядом.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

+1

15

[indent] Неловкая ситуация. Неловкая ситуация, когда глава рода Малфой, прекрасный волшебник по сути и бабник с перспективой когда-то исправиться, сидит в женском обличье в платье жены, теряется и краснеет, в то время как технически виновата в этом его собственная супруга. И сострадавшая сторона просила помощи, в обход всего на свете. Касалась руки, смотрела. Тому не нравилось, как чувствовалась жалобность, а эти вибрации его раздражали, они чужды остаткам души Наследника, они неприемлемы, не вмещаются, а потому в принципене вызывают ничего хорошего. Всегда. Даже сейчас. Только сейчас оно... другое, понимаете? Вспомните ситуацию, вспомните идеологию, вспомните, каков Том. А потом посмотрите на Абракс...ию. Вспомните, какого содержания преимущественно были просмотрены недавно мысли. А потом ещё раз на блондинку. Том стоически вынослив, беспристрастен и далее по списку, но а) идеологически верный, в) в лёгкой эмпатии от подбортного недавнего погружения, потому тамошние настроения частично зацепились и за него.
[indent] Он уставился на её руку поверх своей, на пальцы, и ситуация действительно начинает злить. Страдающий несчастный Малфой, который сейчас выглядит как совершенно страдающая и совершенно несчастная женщина. Уставшая, просто желающая, чтобы это всё закончилось. Том способен понять, понимал, зная Абраксаса как облупленного, тот страдал. Британец не испытывал по этому поводу сострадания или жалости, но солидарность и рациональное осознание, что так быть не должно, что наказываться Малфою надо иначе - вот это вполне.
[indent] - Она, - негромко, но утвердительно Реддл кивнул головой, едва напрягся, но глаз всё также от пальцев не отводил. На деле, да: творение рук Гестии. Гестии и кого-то ещё знающего, к кому она обратилась за содействием в проведении этого весьма сложного проклятия. - Попробуем, - даёт намёк и наводку на то, что такое возможно. Только если Малфою просто надоело, она хочет всё назад и готова сказать многое, лишь бы всё стало хорошо, лучше прямо сейчас, то Реддл... Реддл видел ситуацию куда глубже, выработав некое представление о том, почему именно данное проклятие из всех возможных, и о том, как его теперь снять. В теории, без прямого участия Гестии. Только вот Наследнику совершенно не импонировал потенциальный способ, нарушающий столько же моральных установок, сколько и блядсто Абраксаса с мерзкими животными. Тому нужно подобное обдумать, попытаться найти что-то ещё. В конце-то концов: как такое донести Абраксасу, если себе не с концами донёс. Как вообще скомпоновать это всё это в слова?
[indent] Потому темнейший из ныне живущих волшебник принял важное и конкретное решение: ничего не делать сейчас, а взять время на «подумать». Блондинка пока бесполезна. Ему нужно решить всё самому, чтобы не ошибиться и не промахнуться. Провозиться, решит, найти. Давал женщине поручения что-то выписать, что-то отложить в сторону, что-то пометить для поиска в семейной библиотеке. Даже вернулся в работу с головой, которая, впрочем, шла не столь быстро, как юноше бы хотелось. Абраксия не бесстрастна и морально вымотана, оно мешало. Надо прекращать. Едва уловимый пасс палочкой в руке, пока оба сконцентрированы на другом. Беззвучно и незаметно Том снова проник в сознание Малфоя и нырнул в самые спокойные, мирные воспоминания - в сонливость - и вытащил их на поверхность, чтобы блондинка прониклась этими ощущениями и отключилась. Иной пользы от неё не будет, только мешает свои странным состоянием.
[indent] - Ты не против, если я продолжу один? - догоняет её вопрос, чтобы убедиться, уснула ли она. Уснула. Значит, в самом деле устала и вымоталась. Прямо как настоящая женщина. И не скажешь, что ещё неделю назад - выправленный и по-мужски надменный аристократ. Том, впрочем, этой мысли разве что хмыкнул, не то чтобы весело.
[indent] Он какое-то время провозился с записями. Разложил всё, кое-что убрал. Наступил почти образцовый прядок. Затем просидел несколько часов в библиотеке. Правда, «стресс» от произошедшего с его достойным приятелем дал о себе знать: волшебник устал раньше наступления рассвета. Несколько раз освежился, чтобы продолжить, но во втором часу ночи смысл букв перестал усваиваться. Выпить зелье? Может выйти только хуже. Если сейчас Реддл ошибся бы, то потенциал «кончится не так» не объят.
[indent] Оставшись неудовлетворённым поиском альтернативных способов обратить заклятие, помимо того, что уже были найдены, Том всё-таки вернулся в комнату. Подумывал лечь в другой, чтобы утром никто не сопел на ухо, но быстро передумал. Они семь лет спали в одной спальне, разваливались у стенки под упорином, практиковали то, что в Хогвартсе категоричности запрещено. В общем-то, стыд, совесть и сомнения в случае Реддла вещи исключительно практичные. Потому, уставший и загруженный, он мирно лёг на отведённой ему кровати. С краю, чтобы ни о кого не ударяться и никуда не полезть. Ну, так ему показалось. Главное только не обращать внимания на то, что и как устроилась откровенно милая Абраксия. В том или ином смысле, а Наследник тоже немного человек, элементы из человеческого в отношении полноценных волшебников и волшебниц работало не так, как с грязью. Особенно с Малфоем. Даже в прошлом, а сейчас - так совсем. Просто стараться не смотреть, укрыть, отодвинуться, отвернуться. Всё.
[indent] Разбудил эльф, как Реддл перед сном и дал наказ. Правда, не совсем в том положении, в котором юноша рассчитывал их обнаружить. [AVA]http://sd.uploads.ru/OGQ7u.jpg[/AVA]

+1

16

[indent] Когда некто рядом поворачивался - кровать чуть подпрыгивала. Вздрагивала матрацем, бледнела одеялом и обнажала ей спину. Спину шершаво холодило, будто причесывало слюнявым широким языком, и Абраксии в дреме чудилось, что это неизвестного ей вида дракон или левиафан, вошедший следом за проклятием, примеривается к ее поеданию. Он съел горы, дороги, небо, павлинов и всех домовиков, а теперь настал ее черед. Когда некто поворачивался, вздыхая чуть более шумно, она тихонько пробиралась, проползала по бесконечной простыни к нему, сонному и теплому, выпрастывала тонкую руку и складка за складкой отнимала обратно бледное инертное одеяло. Пряталась. И не возвращалась на отвоеванную пустоту.
[indent] Жалась, планомерно подкатываясь ему под бок. Под чудный, вылитый из гладкости и теплоты бок, и тогда теряла в ресницах бессмысленно вскрытые, полные сонной мути глаза. Она бы влезла ему на руки, заставила их сомкнуться поперек своего хрупкого, выточенного, чужеродного тела, но засыпала прежде, на половине начатого движения. А потом он опять принимался ворочаться не пробуждаясь, мять щекой и ухом подушку, пододвигая ее плечом к деревянной спинке, нахмурив брови, будто недовольный тем, что она не двигается дальше, в растяжимую бесконечность, жалуясь нижней губой и складкой рта, что сегодня кровать ему мала, узка, и кто-то в ней неустановленно дышит, сопит ему почти в самую шею, а одеяло одно и за него, натянутое парусиной на плечи, приходится биться всерьез. И посреди такой битвы в невесомом кружении под гимн высунутых трогательных пяток и выступающих локтей Абраксия сквозь сон закинула на него ногу, негласно подтверждая, что старые рефлексы никто не отменял даже при новом теле. Так и замерла до утра, давая напитаться своим теплом и запахом.
[indent] Она ведь даже не сразу и вспомнила, с кем и как засыпала этой ночью, не в мгновение поняв, что одинаковый с лица потолок, вовсе не тот, что она привыкла видеть в своей спальне или в личной комнате дома в Барселоне. Что потолок - другой. Стены другие, но вроде знакомые. А потом увидела оставленную на подоконнике стопку книг в черных потрепанных обложках и все вспомнила. И все поняла. И осторожно начала поворачиваться на то самое «теплое и мягкое», куда всю ночь утыкалась носом и щекотала растрепанным светлыми волосами.
[indent] Какая неловкая ситуация.
[indent] Малфой осторожно приподнимает руку и  ногу, отлипает, отползает, пятится назад, спросонья глядя на Тома растерянно и по-женски смущенно. Немного молчит, а потом решает, что надо что-то сказать, чтоб не молчать так по-идиотски.
- Не помню, как уснул вчера, - подтягивая и прижимая к пышной груди одеяло. Внезапно ее лицо меняется от порыва случайной мысли, и она торопливо оглядывает наличие на них одежды, это сейчас кажется самым важным. - Мы… не…? Я… - звучит неразборчиво. Слава Мерлину, она в платье. У Абраксии от сна хрипит голос, и она не сильно старается сказать что-то четко и вслух, этим и пользуется, решая, что так будет лучше. - Кхм. Доброе утро. – Надо срочно сменить тему. О, Дитманн стоит с одурелым видом. Вот на кого можно отвлечься.
- Что ты уставился, лупоглазый, пшёл вон. – Привычным Малфоевским тоном процедила светловолосая бестия и цепко ухватив подушку, как самое ближайшее под рукой, швырнула ее в эльфа. Тот беззвучно растворился в воздухе. Блондинка села на кровати и потрогала свое лицо. Все такое же нежное и гладкое, кажется на щеке маленький след от подушки.
[indent] - Никак не привыкну, что теперь не надо бриться по утрам. - Зевнула Малфой, прикрывая рот не по мужицки кулаком, а ладошкой. - В смысле, надеюсь, что и не привыкну вовсе. – Поспешно добавила, закрыв челюсти и посмотрев на сонного Реддла, кажется, у него и в школе был такой же вид. - Давно ты отрастил усы? Их не было, когда мы виделись в прошлый раз. Тебе идет. – Это какой-то безобидный приятельский треп, попытка замять неловкость, забыть, что Малфой только что по старой привычке того, кто редко спит один, обнимал его и складывал сверху конечности. Женщины, они сами по себе обычно много болтают, а если женщина не совсем женщина и она смущена… Абраксия зачем-то пытается поправить прическу, хотя волосы после сна разметались по плечам, делая ее облик более мягче и домашнее, чем обычно. - На чем мы вчера остановились? – Пытается вернуть разговор по делу, пока барахтается ногами в подоле и одеяле, желая выбраться. - Ты, кажется, упоминал, что есть какой-то ритуал?

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

+1

17

[indent] Том честно смирился и привык к тому, что ночами на нём периодически оказывались чьи-то конечности. Спасибо Морет за иммунитет, вероятно. Да и в школьные времена всякое случалось: проявления дружбы и доверия бывали разными. Но там, конечно, речь всё-таки о мальчишках шла, а не о... Ну, женских конечностях. Впрочем, не то чтобы Реддл как-то особенно на подобное среагировал. Скорее забавен сам факт: спустя столько лет они снова спали в одной кровати, но только немного не так, как обычно. Т.е. и груди у Малфоя не было, и тонких рук, и вообще-то в школьные годы его ногу, руку, голову, да что угодно бы брюнет тупо скинул. А тут, смотрите: без задних ног, тёпленько, славненько, як вдома. И привет, славное мужское начало утра: все встали.
[indent] Волшебник просто какое-то время смотрел в потолок. Безучастно принимал всё, что ниспослала жизнь, природа и обстоятельства. Ну, бывает. Он молча подождал, пока Малфой от него уберётся, потом повернул к ней голову ненавязчиво, моргнул спросонья.
[indent] - Нет, не... не было, - хрипловато и не до конца проснувшись (ну, мозгом) брюнет неторопливо ответил, моргнул снова, попялился, вернул взгляд назад в потолок. - Ты устала и заснула, - а он немного помог. Неважная деталь, на самом деле, которую можно упустить.
[indent] Попутно юноша проследил взглядом за прицельным, но безрезультатным полётом подушки. Полезная утварь эти эльфы. Не только для магии годны да поручений, так ещё и делай с ними что хочешь. Наверное, каждый раз отмечать это будет. Затем и сам приподнялся, рукой залез в волосы и поправил их хоть немного, ибо растрепались, упав на лицо, лоб и далее по списку не уложенной чёрной россыпью. Чёлку-таки сдвинул и откинул, чтобы не мешалось.
[indent] - Не привыкнешь, - резковато обрезал, вернув взгляд на Абраксию. Нет, в таком состоянии она надолго не останется, привыкнуть не успеет, ни в коем разе. Сам Реддл привыкал быстро, потому и затягивать не стоило. - Месяца два как, у местных так сейчас принято, - между делом пояснил юноша, чуть подтянув к себе колено, но не прижимая. Так, знаете, дивность природы. - А тебе, знаешь, может стоит начать отращивать волосы, когда мы снимем это проклятье. Красиво. Сейчас, по крайней мере, - да, Том заметил, увы или ах. Как факт. Впрочем, нет, ему так неудобно. Ни на Малфоя смотреть, ни мозгами шевелить. Значительная часть его внимания и концентрации сейчас были собраны немного в другой части тела, от чего тёмный волшебник даже испытывал помесь неловкости (ужас) и раздражения (на себя, ситуацию и блондинку; а, ну и матушку-природу; и на бессонную ночь задрота, приведшую от части вот к этому вот). Потому не выдержал, упустил все вопросы. - Я только проснулся, какой ритуал? Вообще... выйди, - это прозвучало довольно торопливо, резко и недовольно, наверное можно было обозлиться и обидеться на такую формулировку, но британец красноречиво повёл бровями и взглядом, беззвучно кашлянув в кулак. Ну же, Малфой, не глупи и вон из комнаты. Вспомнит пускай, что такое утро. Не хватало только сидеть на кровати и наблюдать, как блондинка краснела от знакомой ей природы с нового взгляда, которой она сама временно лишена.
[indent] Когда женщина (ему показалось, что полей вылетела) вышла из комнаты, Том раздраженно фыркнул в неудовольствии. Отвратительная и нелепая ситуация, недостойная Наследника Салазара, волшебника, который едва ли не весь аврорат способен уложить. И такая гнусная деталь. Настроение испортилось, даже не успев предварительно сформировавшись. Пришлось уйти в ванную и застрять там почти на час. В том числе и для того, чтобы словить тлен жизни, а не только за двумя очевидными вещами по приведению себя в порядок.
[indent] За завтраком они, конечно же, не встретились: Том заметил, что нахождение в столовой Абраксией свелось к минимум и еду подавали прямо в комнаты. И ладно, и хорошо: наверняка бы краснела от недавней неловкости, а Реддл бы молчал, от части через силу заливая в себя утренний чай. А так нормально зашёл, даже не подавился, и настроение наладилось. Лишнее забыто, чай вкусный.
[indent] После волшебник перебрал сделанные вчера записи, выбрал несколько из них и спустился в гостиную. В нейтральном настроении, свежей белой рубашке и с кучей дум на уме. Альтернативных вариантов не нашёл, потому приятные и не очень для Малфоя детали всё-таки необходимо было как-то прояснить.
[indent] - Ты как? - нарушил он тишину, проходя по помещению вокруг и не смотря на блондинку. Рассуждал вслух, демонстрировал работоспособность и настроенность на дело. - Есть ритуал, да, я говорил. Не знаю, как именно он будет протекать, но общие действия понял. Тебе, вероятно, придётся написать Гестии письмо с извинениями за свой разгульный образ жизни. На этом, впрочем, взаимодействие с ней заканчивается. Элемент искупления, - он покосился на свежую и с концами проснувшуюся женщину, остановившись у одного из боков дивана. [AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+2

18

[indent] - Что значит только что проснулся? – Взвилась Абраксия, раздраженно выговаривая в ответ, в этом весь наследственный характер сейчас перевешивал субординацию под давлением женской чувствительности и импульсивности. - Ну конечно, это же не ты из нас в бабу прев... – И замолкает на полуслове, отслеживая выразительный взгляд Реддла вниз туда, где он сейчас подгибал ногу и комкал сверху одеяло. - О, Мерлин...- Серебро женского взгляда из удивленного сошел до осторожно любопытного, приправленного столь огромной долей смущения, что она сдвинула ее с места. Сколь бы искушенным и иногда даже развязным в деликатных вопросах плотского не был Абраксас, Абраксия сейчас сучила ногами, путаясь ими в юбке и пододеяльнике, и спешно выбиралась из постели. Спустив ноги на пол, она соскочила с кровати и быстро засеменила к двери. На полпути остановилась, резко развернулась. Упираясь глазами куда угодно, разглядывая все кроме Реддла, блондинка подхватила свою трость и вихрем унеслась за дверь. Хлопок – и оставила его наедине со своей физиологией.
[indent] Остановилась за дверью. Поднесла ладони к щекам, ощутив их жар. Вот ведь, туфли оставила. А впрочем, драккл с ними. Абраксия босиком дошла до собственным покоев, размышляя о только что произошедшем инциденте со смесью стыда и недоумения. Абраксас глубоко внутри пожимал плечами – подумаешь, обычное дело. В школьные то годы еще и не то в факультетской спальне было, эка невидаль. Утренняя эрекция, она и у Геллерта Гриндевальда была. Это такое дело, что радоваться надо подобным моментам, потому что хуже, когда их нет, тут уж точно значит, что ты стар или больной или…женщина. И эта самая женщина-Малфой сейчас краснела, шикала на свою похабную мужиковатость и спешно топтала полы родового поместья обратно к себе. Там, в ванной комнате ее уже дожидалась ванная полная горячей воды с ароматическими маслами и солью и легкая тоска по былым временам, когда утренние процедуры по примеру Тома затягивались. А если просыпался не один, то тем более…
[indent] Само собой, госпожа Малфой не почтила своим присутствием к завтраку. Она завтракала у себя, а после отвечала на письма. Ее-его отсутствие нарушило часть договоренностей и теперь приходилось выправлять положение хотя посредством почты, дабы знакомые и коллеги не сочли его почившим и не пришли с венками и оркестром под дверь Малфой-Мэнора. Поэтому Малфой сидела за письменным столом в кабинете и выводила всем заботливым и неравнодушным о том, что он все еще болен, но был готов поделиться советами и дать распоряжения. Со вздохом опустив перо в чернильницу, Абраксия расправила складки платья, подхватила из ящика сигаретку, трость и глянцевый номер «Ведьмополитена», найденный у супруги на туалетном столике. Так она устроилась в гостиной, чинно сидя в кресле закинув ногу на ногу и слегка покачивая туфелькой. Блондинка медленно и с удовольствием выпускала из приоткрытых губ дым после каждой затяжки и перелистывала страницы, разглядывая модели модных в этом сезоне фасонов мантий и читая статьи про специальные чары для вечернего макияжа. Услышав шаги и голос Тома, Малфой чуть вздрогнула плечиками и поспешно закрыла журнал.
[indent] - В порядке. – Она быстро свернула в трубочку «Ведьмополитен» и сунула за диванную подушку. - Извини за утреннюю сцену. – Тихо вздохнула и подняла на него взгляд, весьма искренней и раскаивающийся, надо сказать, даже с долей некой светлой зависти к другу как мужчина, но говорила все равно как прекрасный пол. - Быть женщиной иногда… удобно. – Леди Малфой придушила окурок в пепельнице, пару раз взмахнула рукой перед лицом, развеивая легкий сигаретный дымок и сложила руки на коленях, сегодня уже не разведенных широко в угоду прежних привычек Бракса, а по новому – вместе коленка к коленке или друг на друге. И волосы, кокетка такая, расчесала и по совету Реддла распустила волнами по плечам. - Хорошо, я напишу. Буду надеяться, она простит меня. А что на счёт других действий? Понадобятся какие-то зелья или артефакты? Нужно что-то заказать?

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9470116.jpg[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (16 июля, 2017г. 19:07)

+2

19

[indent] Конечно же блондинка готова писать письмо. Хоть сейчас, быть может. Ещё бы она сказала что-то иное. С одной стороны, конечно, прогресс: ещё вчера Малфой в принципе не желала как бы то ни было вмешивать в это супругу, но теперь, видимо, дошла до той стадии, когда некоторые понятия гордости готова была переступить. Просто чтобы вернуться в своё нормальное состояние. И, признаться, насколько бы в светлых порывах Реддл не разбирался, а сейчас не был уверен, что озвученного этого достаточно. Ему пришлось перерыть не только тёмно-магические пособия, но и волшебство иной, нейтральной и светлой направлений. Технически они кое-что прояснили, хоть фактически Наследник, ограниченный природой и добитый крестражами, подобное не в состоянии догнать. Зато Абраксия природой не обделена, крестражей лишена, и в целом внутри не мертв(а), потому наверняка понимал больше Реддла. Или как раз-таки поэтому не понимала и даже меньше. В общем-то, посмотрят ещё, что и как. Куда деваться.
[indent] - Бывает, - коротко констатировал юноша, спустив в небытие (якобы) утреннюю историю. Они друг друга поняли как мужчины, ну а как мужчина с женщиной... в принципе, тоже самое. Поняли, бхмн. Наследник стоял всё там же, увёл взгляд на подлокотник, чуть насупился всем своим мыслям и словам Малфоя. Взгляд зацепился за окурок, а после остановился на её ногах. Одна бровь изогнулась чуть заметнее. Теперь ещё и это, никаких фривольных поз? И привычки? Вчера Реддл заметил нечто подобное, однако оно как-то... сводилось на пластику. Сейчас же что-то другое. Том заметил, хоть и не мог толком объяснить, как это называется. Малой в самом деле становился леди, как бы оно не звучало. - Чтобы вернуть себе прежнее состояние, нужно всего 1 действие: признание совершённых ошибок. Настоящее, искреннее, исправительное, - юноша произнёс это не то чтобы полным энтузиазма голосом. Скорее, подчёркивающим суть. Малфою надо было многое понять и изменить в себе. Что именно? Не Реддлу это решать, а, в общем-то, Гестии, хоть ответы брюнет и знал. Абраксасу стоило изменить то, с чем жил почти тридцать лет своей жизни. С комфортом и припеваючи, стоит отметить. Британец присел на диван с того конца, где стоял, т.е. в противоположной от Абраксии части. Упёрся взглядом в её сторону, но в пол, размышляя вслух и кое-как пыталась обличить всё в слова. Не до конца ему понятные, но необходимые. - Я знаю, что это не звучит, как Тёмные Искусства. Там действительно применимы по большей части не они, и я... - «я совершенно бесполезен в подобной магии», юноша осёкся, даже почти зажевал губу. Уперся локтями к колени, периодически покручивая своё фамильное кольцо с чёрным камнем у лица, - не уверен, что одного письма будет достаточно. Оно - лишь финальный этап, который сам по себе может ничего не дать. Я конечно заколдую послание как полагается, но вот сработает ли оно, - брюнет как-то почти резко замолчал. Убрал одну руку от лица, просто устроив её свисать с колена. Взгляд перевёл на блондинку, к ней же повернув лицо, теперь упиравшееся об одну руку. - Скажи, ты вообще думал, почему из всех возможных проклятий Гестия выбрала именно это? - между прочим, изменения во внешнем виде юноша также заметил. На удивления для себя самого. Даже на волосы обратил внимание. Но отчего-то решил, что лучше сего не озвучивать. Почему-то. Или, по крайней мере, пока что. Да и вообще, там же оставить свои догадки и домыслы. Ему, почти бездушному и бесстрастному, странный выход может казаться исключительно на практике неверным, а Малфою с этим как-то жить потом. [AVA]http://s7.uploads.ru/aXM6J.jpg[/AVA]

+1

20

[indent] Неуемная натура Малфоя требовала деятельности. Все эти дни, заточенный невольник в чужом теле, он ждал и надеялся, что рано или поздно какое-нибудь случайное заклинание, любое зелье или просто очередное пробуждение ранним утром вернет его в прежнюю форму и можно будет ощупать самого себя даже в самых неприличных местах и возрадоваться. Но шли часы, минуты и секунды, а он оставался мисс, приспосабливался к новой форме, втекая в нее до мельчайших нюансов и устраиваясь в них… потому что иного выбора у него не было. Он смотрел в зеркало без страха и испуга. Нашел туфли на устойчивом каблуке, чтобы уже ровнее вышагивать по дому и не подворачивать ног и морально балансировал где-то на горестном сосуществовании со своей участью и безумным желанием вновь стать собой. Оставшись наедине с собой, изолированный от привычной жизни, теперь у него оказалось много времени подумать о своем поведении, предаться самоанализу и оттолкнувшись от бортика злости на жену, попытаться проплыть по течению переосмысления происходящего в его жизни и его поведения вцелом.
[indent] Абраксия тяжело вздохнула и возвела очи вверх, пытаясь собраться с мыслями и высказать все, что приходило на ум, после вопроса Реддла. Когда она, наконец, решилась, голос ее звучал тихо и проникновенно, как когда решаются высказать все, что есть на уме и на сердце, и могут лишь надеяться хоть на каплю понимания или сочувствия не быть осмеянным.
[indent] - Женщины - это не вещь и не дырка в мясе. – Начала она, медленно опуская взгляд с потолка на сидящего на другом краю дивана Тома. - Они все тонко чувствуют, и большая часть красоты и удовольствий женщины, отмеренных ей природой, достаются ей порой посредством страданий. Оказывается, им нужна большая внутренняя сила, чтобы достойно существовать в этом мире рядом с мужчинами. Оказывается, они почти как мы. – Женщина как-то печально улыбнулась и вскинула руку, как будто чтобы по чьим-то старым привычкам пригладить назад волосы, но вместо этого просто заправила светлую прядку за ухо. - А может, даже и получше.
[indent] Женщина вынуждена терпеть пугающие взлеты и падения, ежеминутно происходящие на бирже мужских настроений в ходе торгов, в которых участвуют подсознание и эго мужчин. Она вынуждена терпеть перепады собственного настроения, должна подстраиваться под веяния жизни и при всем этом оставаться самой собой, не ронять достоинства и оставаться при своем самоуважении. Быть женщиной – тяжелый труд. И только сейчас с появлением матки в тебе это начало доходить до того, кто ни разу в жизни не допускал даже подобной мысли, сравнивая женский пол до инструмента исполнения собственных прихотей и увлечений. Отягощенная думами, Малфой поднялась с места и подсела ближе к Тому, повернувшись к нему лицом и осторожно взяв за плечо.
[indent] - И знаешь, что самое ужасное в этом проклятии? – Она опустила взгляд, а затем вновь посмотрела в две темные бездны очей Реддла. - В том, что с каждым днём, проведённым в этом теле, я привыкаю к нему, и, кажется, оно даже начинает мне нравиться… - «Том, помоги мне», - молил прежний Абраксас где-то за серой радужкой глаз жеманной блондинки, - «…слышишь, я готов на все, только вытряхни меня отсюда пока не стало слишком поздно!». А Абраксия лишь прикрыла глаза, повинуясь проклятой силе внутри себя и заглушая мольбы, и вновь обратила ясный взор. Она слегка погладила его по плечу и сложила руки на колени. Рядом на столике в рамке стояла семейная колдография – чета Малфоев: два горделивых профиля, отлитых из бледности и серебра. Две несгибаемые статуэтки, одна сидящая в широком кресле и второй, стоящий за ее спиной, опустив руку на хрупкое плечо. Почти так же бережно, как только что касался плеча Наследника.
[indent] - Такое сотворить могла женщина, которая очень любит или столь же сильно ненавидит меня… - задумчиво добавила она, уже точно зная о чем напишет в письме супруге.

[NIC]Abraxia Malfoy[/NIC]
[AVA]http://savepic.net/9548179.gif[/AVA]

Отредактировано Abraxas Malfoy (17 июля, 2017г. 20:10)

+1


Вы здесь » Magic Europe: Sommes-nous libres? » ИГРОВОЙ АРХИВ » Эстетичная смерть внутри


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC